Автор
В Его невинной жертве мы погружаемся в шокирующее переживание, когда женщина вынуждена предстать перед своими ближними лицом к лицу с теми тайными убежищами и страхами, которые она скрывает. Влад, ее душевный друг, видит то, что сама не осмеливается поднять. Несмотря на непростительность своих деел, героиня не боится показать свои чувства, даже если это означает быть осужденной....
Сам не знаю, как сдержался и не распечатал её на том столе. Понимал, что вот она, сдалась – бери. Но не смог! Внутри всё протестовать начало – не так, всё должно происходить не так! Поэтому ушёл.
Дома не появлялся, зарылся с головой в работу. Но постоянно следил за ней. По камерам, по докладам людей. А когда возвращался, она спала, и ноги сами несли в её комнату. Просто посмотреть, легонько дотронуться до лица, побыть вместе. Кажется, остатки ума и самообладания просто теряются рядом с ней."
"До места встречи мы приехали через два часа.
– Влад, – напряжённо сказал Вит. – Ты уверен? Мы можем уехать.
– Расслабься и не веди себя, как истеричная баба, – сказал я недовольно.
– Если бы не я, ты бы уже давно был мёртв, – парировал Виталий.
– Я уже давно мёртв, друг, – ответил с улыбкой.
В салоне повисла тишина, которую можно было физически ощутить.
– Надо было нам выбирать место. Здесь мы не знаем, чего ждать.
– Вит, мы цивилизованные люди в конце концов, – говорю и перезаряжаю пистолет.
Мы вышли из машины и направились к двери в ангар. Люди Абрамова смотрели на нас с Виталием с жаждой смерти в глазах. Внутрь мы зашли вдвоём, остальные парни защищали периметр.
Как только оказались внутри, разговор в помещении стих, и четверо мужчин стали внимательно следить за нашим приближением. Двое, скорее всего братья Камиллы, её жених и тот, кого я ненавижу всем нутром – Амирхан Абрамов. Чёртов ублюдок и убийца.
По мере того, как мы подходили ближе, градус напряжения и ненависти пробивал стены ангара.
– Владислав, – сухо и собранно произнёс Амирхан.
Мне челюсть пришлось сжать, чтобы не показывать истинные эмоции. Я хотел наброситься на него и разорвать голыми руками.
– Ты хотел встретиться? Я здесь, говори, – произнёс я скучающим тоном.
А сам следил за реакцией ублюдков. Взгляд против воли так и возвращался к одному из них. И это не Амирхан. Я, бл*ть, смотрел на грёбаного жениха Камиллы. И мне почему-то именно его хотелось убить в первую очередь! Этот у*бок имел бы полное право на неё. Внутри такой протест поднимался.
