Два лучезарных сердца играли в шахматы, каждый с отдельным любимым напитком - Эдгар предпочитал пить кофе, а его друг - черный чай. Сортами они не ограничивались, выбирая исключительно для друга Дронго домашнюю кофеварку, незамеченного обычными глазами: приятный запах кофе вдыхается как приглашение к дружбе и холода....
Или ее противоречивости. Кроме Рутенберга, там есть еще одна подпись, доктора Раджива Синга, очевидно, ассистента Рутенберга. Поэтому мне очень интересно для начала побеседовать именно с ним. Вы послали запрос на досье тех людей, о которых мы говорили?
– На «великолепную семерку»? – вспомнил Лоусон. – Конечно, я передал вашу просьбу. Завтра у нас будет их досье. Нам его привезут прямо в отель.
– Хорошо. А сегодня мы начнем с господина Синга. В деле есть только адрес клиники профессора Рутенберга.
Он поднялся в номер, позвонил в клинику и уточнил номер городского телефона господина Раджива. Заодно он позвонил по указанным в деле двум телефонам бывшего секретаря погибшего брокера госпожи Чжан, но оба телефона были отключены.
– Это уже интересно, – пробормотал Дронго, – нам придется начать поиск и этой мужественной женщины.
Лоусон не стал ничего переспрашивать. Эксперт набрал телефон господина Раджива Синга, и ему ответили.
– Здравствуйте, господин Синг, – начал он, – мы говорим из комиссии по натурализации. Бюро по вопросам иммигрантов. У вас есть знакомые или родственники, которые не являются гражданами нашей страны и стоят в очереди на получение грин-карты?
– Нет, – недовольно ответил Синг, – не понимаю, почему вы все время звоните. Несколько месяцев назад звонили и узнавали, сейчас снова звоните. Я уже сказал вам, что я, моя жена и обе мои дочери являемся гражданами Соединенных Штатов.
– Извините, – пробормотал Дронго, – очевидно, произошла ошибка и поэтому мы позвонили к вам во второй раз. Больше этого не повторится.
Он положил телефон и озадаченно посмотрел на Лоусона и Вирджинию.
– Вы ошиблись? – не без некоторого удовлетворения спросил Лоусон. – Очевидно, и такие профессионалы, как Дронго, иногда ошибаются.
– Хуже, – мрачно ответил эксперт, – дело не в моей ошибке, а в ошибке других людей, которые думают примерно так же, как и я, решив проверить семью Синга и его самого через иммиграционную службу. Видимо, там также пытались задействовать возможность шантажа врача или его семьи через эту службу.
