В засекреченном кабинете молодого мужчину неожиданное присутствие охладило его обычный тон. Он холодно фиксирует, как я опоздала, перечеркивая его предыдущие эмоции. Темные глаза выдают неприятие, но скрытная армейская стрижка и темный костюм говорят о власти и контроле....
Уловив мой взгляд, он тут же отвел глаза в сторону. Улыбка расползалась по моему лицу. Но отчего я улыбаюсь? Дожила. Я перестала понимать саму себя.
Все присутствующие в зале тотчас встали, поприветствовав, таким образом, генерального директора компании.
Уверенным, неторопливым шагом Литвин первым делом подошел к одному из мужчин. Он был самым старшим – лет шестидесяти пяти, голова полностью покрыта сединой, но, несмотря на свой возраст, мужчина выглядел весьма неплохо, я бы даже сказала лучше меня в мои-то двадцать шесть лет.
Чтобы никому не мешать своим присутствием, я встала в углу зала, у столика, и стала ждать дальнейших распоряжений шефа.
Незаметно для себя, я вдруг загляделась.
Литвину невероятно быстро удается находить с людьми общий язык и довольно легко вести беседу с каждым, будь он знаком или вообще видит впервые.
Я вспомнила про свой трудовой договор, и каким методом Литвин «убеждал» меня подписать контракт с его компанией. И это было отнюдь не убеждение. Скорее всего, рекомендация в грубой форме с капелькой угрозы.
Совещание началось, а Василисы все еще не было. Ее отсутствие первым заметил Олег Геннадьевич.
- Анна Игоревна, вы не знаете, где сейчас Василиса Львовна? Почему ее нет рядом с вами?
По грозному виду заместителя шефа я поняла, что для Василисы добром все это не кончится.
- Василиса Львовна отошла выпить таблетку. – Проговорила я скороговоркой. – Она почувствовала головную боль и попросила меня….
В этот самый момент распахивается дверь и в зал вбегает запыхавшаяся Василиса. При виде всех собравшихся и шефа в том числе, Василиса даже замерла на месте.
- Василиса Львовна, подойдите.
Я в волнении прикусила нижнюю губу.
- Василиса Львовна, - в полушепоте, чтобы не мешать совещанию, Миронов еще раз обратился к секретарше, когда та подошла к нам, - как ваша головная боль? Уже прошла?
Я молча пытаюсь подмигнуть девушке глазом, но та приковала свой взгляд к Олегу Геннадьевичу, в надежде понять, о чем он ее спрашивает.
- Головная боль? Да. Уже прошла. – Произносит наконец-то она.
Я облегченно выдохнула.
