В его руках сияющая печать подчинения. Он живой — и это тревожит больше всего. Слабость в теле, голова кружится, а сердце бьется на пределе. Кто из этих мерзавцев посмел ставить такую силу на него? Ответы на эти вопросы не за горами...
Но при этом она нежная женщина и любящая мать. — Граф улыбнулся мне. А затем его взгляд изменился.
На меня смотрели глаза учёного, в котором с яростной силой вспыхнул неугасаемый огонь исследователя.
— Как ты смог поднять этого человека, Костя? И где его взял? Уж не с людьми ли господина Корявого он явился?
Граф с любопытством оглядывал бывшего бандита со всех сторон; оттопыривая его рваную одежду, разглядывал смертельные раны; прикладывал руки, чтобы лучше ощутить ток моей энергии в этом поднятом теле."
"— Да, с ними, — ответил я, довольный реакцией Ивана.
— Что? — резко обернулся Иван, изумлённо уставившись на меня. — Как избавиться? Ты… Нет-нет-нет, — замахал руками перед собой граф. — Нельзя так рисковать! Он очень важная фигура в нашем княжестве! И…
— Я имел в виду, что ты хочешь вернуть ему долг, — прервал я этот словесный поток. — Вы что-то говорили об этом, разве нет?
— Да… — протянул Иван и огляделся по сторонам.
— Пошли, — кивнул я и указал на умертвие. — Ты — иди за нами.
— Слушаюсь… Хозяин…
— Ух ты! Он тоже говорит! — едва ли не подпрыгнул от радости Иван. — Как ты это сделал, без ингредиентов и подготовки? Как⁈
Я всегда считал себя натурой увлекающейся. Особенно в области познания учения заклинателей смерти.
Но, похоже, у меня появился конкурент.
— Сперва поговорим о деле, — осадил его я.
— Да, ты прав, — мигом подобрался Иван.
Спустя несколько минут мы сидели в скромной гостиной. Тут была люстра, а не просто плафоны с лампами, однако же мой мозг счёл своим долгом сообщить, что эта люстра — довольно дешёвая подделка, а раритетную ажурную люстру, как и всё остальные в доме, продали.
Втроём мы уселись за стол, граф уж было открыл рот, да ничего сказать не успел — открылись распашные двери.
— Господин, госпожа велела накормить вас при первой же возможности, — заявила Прасковья, катившая перед собой дребезжащий столик на колёсиках.
Не дождавшись ответа, девушка принялась расставлять перед нами тарелки с кашей.
В этот момент она очень странно поглядывала на меня и моего слугу.
— Госпожа велела подать на всех, — не выдержав, сообщила Прасковья. — Но она не уверена, нужно ли…
— Спасибо, девица, я поем, — улыбнулся я служанке.
