В темном зале вампиров скрываются таинственное веселье и холодная дружба. Когда бездонные глаза девочки встречаются с черными ядами вервольфа, начинается незаметный ужас, смешанный со странной влечение. В этот мир, где каждый знает, когда укусить, приходит маленькая Мара, ищущая кровь для клана, не предаваясь таинственным связям, которых она боится больше всего....
Мы защищаем друг друга при жизни и после. Мы умираем и рождаемся вновь. Это делает нас бессемртными, - объяснил Хазард вампирше. - Дай мне свою ладонь.
Мара немедля протянула руку.
Йен выпустил коготь и царапнул ее ладонь посередине, и сделал такой же надрез на своей. Затем соединил их руки, крепко сжав.
- Глорья! Глорья! Глорья!* Уна Хазард! - закричал волк и следом завыл.
Стая начала кричать и выть, вторя своему альфе.
- Глорья! Уна! Глорья!
- Что это значит?
- Они приветсвуют и принимают свою Луну. Теперь ты не Варран.
Он указал пальцем вверх. Мара посмотрела в том направлении и увидела, что луна окрасилась в красный цвет. Девушка столь завораживающего зрелища никогда не наблюдала раньше! Небесый шар переливался всеми оттенками оранжевого и красного, отражая кровь и огонь, волка и вампиршу.
- Отныне и навсегда, Мара, - прошептал Йен. - Навсегда и отныне.
- Отныне и навсегда, - повторила Мара.
33 глава
Йен
Йен и Мара не стали дожидаться окончания церемонии, так как им нужно было выяснить много важного и защитить клан. Хазард дал необходимые указания Седрику по завершению похорон. Сам же оборотень вместе с парой отправился на могилу отца.
Его прах был похоронен на холме - самой высокой точке кладбища. Там всегда хоронили альф стаи. Холм по форме напоминал волчью голову, а во время полнолуния освещался лунным светом, принимая устрашающий вид."
"- Почти пришли, - Йен подал Маре руку, чтобы помочь забраться на возвышение.
- Как же много мне неизвестно о вашем образе жизни... - прошептала Мара. - О ваших традициях и ритуалах.
Она обернулась и посмотрела вдаль, где в самом начале кладбища все еще горела крода.
- Мне жаль твоего друга...
- Да...жаль... Но он получит перерождение. Новую жизнь. Новое тело. Было бы плохо, если бы Луна не приняла его звериный дух. А с ее благословением Януша ждет светлая дорога.
Хазард повернулся к каменному изваянию, на котором было высечено имя его отца, а так же воззвание к Луне на древнем языке.
- Туа шаэ, тсар*, - тихо произнес Хазард.
