В темном зале вампиров скрываются таинственное веселье и холодная дружба. Когда бездонные глаза девочки встречаются с черными ядами вервольфа, начинается незаметный ужас, смешанный со странной влечение. В этот мир, где каждый знает, когда укусить, приходит маленькая Мара, ищущая кровь для клана, не предаваясь таинственным связям, которых она боится больше всего....
Зверя не легко убить.
- Может, твоего и не легко. А вот мою волчицу…
- Ей понадобится больше времени на восстановление. Поэтому тебе нужно отдыхать.
- Как мило, что ты такой заботливый.
Эрик рыкнул, схватив Аню за плечи, развернул к себе лицом и уткнулся носом в изгиб ее шеи. Волна удовольствия прокатилась по телу девушки, горячей лавой обжигая живот и бедра. Она задрожала, не ожидая от себя такой реакции на прикосновения волка.
- Ты хоть представляешь, как долго я мечтал дотронуться до тебя? Вот так вот, - он провел шершавой ладонью по голому предплечью, оставляя за собой дорожку из мурашек, - не боясь причинить боль.
Оборотень слегка приподнял ее и прижал к себе, лаская спину девушки, пробегая пальцами по волосам, сжимая ягодицы.
- Эрик… - выдохнула Аня ему в губы. – Что… если у нас так же, как было у мамы с папой? Что если мы ложная истинная пара?
- Я говорил тебе раньше и готов повторить сейчас, - черный взгляд волка пронзал девушку насквозь. – Мне не нужна пара, которая будет загибаться от боли каждый раз, когда я к ней приближаюсь.
Аня нервно сглотнула, услышав это (уже не впервые), и дернулась, почувствовав прикосновение полумодифицированной руки Эрика к отметинам на плече.
Теперь она поняла, насколько глупо было считать себя Лупус Мортус. Какая из нее великая мертвая волчица?! Она даже стоять рядом с Эриком не могла, а уж обратиться в такого, как он…
- Не моя вина, что Аня Хазард оказалась неподходящей парой для великого и могучего Эрика Амароса, - выдала девушка сухо, а на самом деле, будто горло ободрала словами.
Он крепче прижал ее к себе."
"- Мне не нужна такая пара не потому, что я не хочу тебя, Аня. Если ты так думаешь – ты очень сильно ошибаешься. Никого на свете я не хотел так, как тебя. Ты не можешь себе представить, что я чувствовал, когда, наконец, смог пойти за тобой и забрать, и, тем более, что чувствовал, когда сделать это не получилось.
