Наверное, если бы кто-то физически ранил меня было бы не так больно. Не так оглушительно, не до такой степени невыносимо…
Боль. Она полыхает в груди. Затапливает сознание и где-то глубоко внутри меня ломается что-то светлое. То, что жило крохотной толикой надежды.
Арсений вынимает мне душу, сжимает в своих проклятых руках одним простым предложением.
Женится на дочери своего бизнес — партнера…
Ты знала, Алина. Знала.
Вы из разных миров. Там, где большие деньги — нет места чувств. Нет места желаниям. Есть расчет. Да и с чего ты дура подумала, что у Лекса к тебе чувства?!
Очередная грелка в постели. Ну девственница. Ничего особенного. Он ведь изначально обозначил, что мне даже наедятся не на что.
Не с ним. Не с Александром Ставровым. Не с миллиардером. Он не пацан с твоего двора, с которым тебе по пути.
Бросает в жар и озноб.
— Алина… Эй… ты чего…
Перед глазами темнеет, а лицо мажора расплывается. То собирается в одно, то рассыпается на осколки.
Беспокойство? Неужели этот урод способен беспокоится о чем — либо кроме свое=их хотелок?!
— Ты только коньки не отбрось.
Прихожу в себя. Слабость проходит. Прогоняю ее, собравшись с силами и уверенно смотрю в глаза Арсения.
— Мне нет дела до того кто и на ком женится, Арсений. И до тебя тоже мне дела нет! Нам не по пути!
Становится в миг плевать на все. Я забываю об осторожности, забываю о том, что опасность в лице зажравшегося парня никуда не делась.
— Да… Нет говоришь! Значит и разницы нет с кем быть. Не ломайся. Если надеялась склеить богатенького папика, обломинго, Вишневская. Ставров баб пользует пачками, а вот женится он на девушке “своего круга”. Ежу понятно. Когда приходит время делать выбор, люди нашего окружения руководствуются разумом и выгодой бизнеса. Это как в старые времена, когда приветствовались межклановые браки…
— Удивлена твоими познаниями в области истории, — отвечаю с иронией, — никак не думала, что ты способен мне рассказать целую лекцию относительно тяжкого бремени средневековых аристократов. Только ты не тянешь на сына лорда. А вот сыном клерка, не в обиду этой профессии, вполне мог бы быть…
Впервые что-то темное присыпается во мне, и я шиплю не хлеще королевской кобры. Мне тут только что с высокопарностью пытались внушить, что я нечто недостойное, что на такие, как я достойны лишь греть постельку “высшего света”?
Чертовы снобы! Ненавижу.
Боже… Как же я сильно ненавижу Арсения и ему подобных…
Он казался мне другим…
Этот мужчина не играл со мной, а показал себя таким, какой есть — привыкшим покупать все, что захочет, отношения, женщин…
Он и меня мог бы купить, но все же пощадил, не оставив платы за мои услуги.