Автор
Алина сжимает подушечки в ладонях, пытаясь успокоиться от неожиданного известия: она беременна. Скрипучий голос врачницы дрожит, заставляя Алину вслушиваться и содрогаться вместе с ним. Под глазами у нее уже наплывают большие слезы, когда она снова видит три маленьких пятнышка на белом халате, где должно быть простота. "Я не беременна...", но это слово вырывается из ее груди, звучное и лживое одновременно....
Похоже, «Его Случайный Наследник» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На тебе свет клином не сошелся. Отказываешься от всего, что я тебе предложил и предпочитаешь моим возможностям свою тьму таракань?
Вскидывает бровь. Маска доброго мужчины трещит. Быстро ставит подпись, слышу, как ручка скребет резко по бумаге.
— Отлично. Вы свободны, Алина Николаевна.
Забираю свои документы. Поднимаюсь.
— И не ждите, что так легко восстановитесь. Это процесс сложный. Бюрократический аппарат покажется вам во всей своей красе.
Игнорирую явную шпильку, угрозу, которая летит в меня. Год длинный срок, я надеюсь, что через год декан забудет о студентке, которая не согласилась на столь великодушное предложение.
Не хочу думать сейчас об этом. Главное для меня выносить и родить малыша, мама поймет меня, поможет. Справимся и в университет я вернусь.
Обещаю себе здесь и сейчас, что однажды я воплощу свою мечту, стану врачом. Да. Я откладываю свою мечту, но это не жертва. Это вынужденная мера, чтобы до меня и до моего малыша не докопались.
Я сделаю все, чтобы защитить свою крошку. Мой малыш ни в чем не виноват.
— Спасибо вам за все, Филипп Константинович, — отвечаю мягко. Воевать с мужчиной я не намерена, и с некоторых пор мне стало глубоко фиолетово кто и что про меня думает.
Потому что тот, которого я полюбила всем сердцем поверил в мою ложь. Он принял меня за девку, которая хотела захомутать миллиардера.
Ту боль я перенесла. Она все выжгла. А мнение декана крупинка в той буре, что происходит у меня внутри.
— Всего хорошего, — бросает сквозь зубы, снимает очки и отбрасывает на стол, поворачивается в сторону окна, демонстрирует, что больше видеть меня не желает.
И я выхожу за дверь. Не было у меня с деканом ни шанса, а вешать своего ребенка на другого мужчину — это не про меня.
Даже, если декан, чтобы залезть мне под юбку, согласился бы признать моего ребенка — это не отменяет того факта, что мне пришлось бы ложится с ним в постель, чувствовать его руки, губы, а меня только от этой мысли выворачивает.
Мерзко это все. Неправильно. Да и мужчина Филипп Константинович не глупый.
Ведь можно такую информацию и за деньги Ставрову продать, или шантажировать миллиардера.
Всюду куда не посмотри — замкнутый круг. И единственное решение — бежать от всего этого подальше. Родить малыша, а дальше… мама поможет. Вырастим. А я вернусь, доучусь.
Не знаю. Много вопросов. Но самый главный — это мой малыш. Мой.
