Автор
В Его сокровище София Харпер, обладательница гипермобильного синдрома Элерса-Данлоса, вынуждена скрывать свою правду от мира. Несмотря на сложности и ограничений, она продолжает жить жизнью волонтера. Но когда секрет Софии оказывается ключом к долгостройному рода миллионеров, ее жизнь трансформируется в приключительный мистический поезд. В этой книге вы окунетесь в мир эмоций и душевных переживаний героини, где каждый шаг становится уроком жизни....
Мурашки побежали по моему телу, подмышки взмокли.
— Я не предатель.
Доменика фыркнул.
— По крайней мере, у тебя есть пара часов, чтобы попрактиковаться в актерском мастерстве.
Гнев вспыхнул в груди.
— Я не играю.
— Несколько недель назад мы узнали, что кто-то сливает информацию албанцам. Босс, конечно, не ожидал, что это будешь ты, но доказательства неопровержимы, — его глаза потемнели, когда он окинул взглядом мое тело, и я вдруг почувствовала себя обнаженной. — Интересно, начнет ли он с пыток водой. Невероятно, что он может сделать с небольшим количеством воды.
Мой разум отказывался принимать его слова. Маттео заботился обо мне. Он никогда не причинит мне вреда. Доменико, должно быть, сам по себе.
Но потом… Анджело подтвердил приказ Ромео.
Паника вспыхнула в моей груди.
— Это все недоразумение, — сказала я, но мои слова прозвучали слабо.
Доменико только рассмеялся. Я отодвинулась от него как можно дальше в этой маленькой, отвратительной камере.
— Прощайте, миссис Росси. Хотя вряд ли, что я долго буду тебя так называть. Надеюсь, тебе понравится твое пребывание здесь."
"Комната погрузилась во мрак. Невозможно понять, сколько времени прошло. Я свернулась калачиком, обхватив колени, пытаясь согреться. Но это было бесполезно — влажный холод бетонного пола и стен ощущался как лед сквозь одежду.
Я наполовину ползком, наполовину на коленях добралась до металлической двери и забарабанила по ней руками.
— Мне нужно в туалет. Пожалуйста, выпустите меня, — голос охрип от часов, которые я провела, крича о помощи с момента, как меня сюда затащили. Наконец, я обессиленно сползла по двери, и слезы хлынули по моему лицу.
Я была одна.
Совершенно одна.
Мои руки подкосились, и я рухнула на землю, мое тело было слишком слабым и усталым, чтобы поддерживать себя.
Я закрыла глаза, представляя, как Маттео врывается в камеру и спасает меня. Но даже воображение не могло предложить мне облегчения, так как образ изменился, и выражение Маттео стало жестоким. Он смотрел на меня с презрением.
— Теперь я наконец-то избавлюсь от тебя.
Рыдания душили меня.
