Автор
В Его сокровище София Харпер, обладательница гипермобильного синдрома Элерса-Данлоса, вынуждена скрывать свою правду от мира. Несмотря на сложности и ограничений, она продолжает жить жизнью волонтера. Но когда секрет Софии оказывается ключом к долгостройному рода миллионеров, ее жизнь трансформируется в приключительный мистический поезд. В этой книге вы окунетесь в мир эмоций и душевных переживаний героини, где каждый шаг становится уроком жизни....
Наш отец никогда не бил Милу, и она не знала, что он когда-либо бил меня. Но теперь, когда меня нет рядом, я боялась, что он обратит свой гнев на нее.
— Хорошо, — фыркнула Мила. — Не буду.
— Просто… просто держись от него подальше, ладно? И если Дима позвонит, передай ему мой новый номер и скажи, чтобы он мне позвонил.
— Конечно.
Мила рассказала мне о своей жизни. Отец теперь позволял ей чаще выходить из дома, раз меня там больше не было. Чувство вины заполнило меня — из-за меня она была заточена в этом доме, из-за меня, из-за того, что мое тело опозорило бы мою семью на людях.
— Как твои боли? — спросила она.
— Нормально, — солгала я, отмеряя муку и соду.
— София, — в голосе Милы прозвучал укор.
— Ладно, не очень. Но мои колени стали сильнее с дня свадьбы. Я использую ходунки по квартире.
— Тебе нужно, чтобы Дон отвел тебя к врачу. Уверена, есть лекарства получше или что-то, что поможет тебе. Я не доверяю ни одному из врачей Пахана.
— Не беспокойся обо мне, Мила. Я старшая сестра.
Мила раздраженно выдохнула.
— Я всегда буду о тебе беспокоиться, потому что люблю тебя, София. Хотелось бы, чтобы ты позволила другим любить тебя. Ты так уверена, что должна делать все для всех, но люди, которые действительно тебя любят, не требуют этого от тебя.
Слезы выступили у меня на глазах.
— Не думаю, что этот список длинный.
— Меня бы это разозлило, если бы я не знала, что ты действительно в это веришь. Ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видела.
Я рассмеялась.
— О чем ты говоришь? Наш дорогой отец всегда испытывал ко мне только презрение.
— Возможно, — согласилась Мила. — Но я думаю, что за его ненавистью скрывается нечто большее.
Я прижала щеку к прохладной мраморной столешнице, и мы молчали некоторое время.
— Я скучаю по тебе, — наконец сказала я.
— И я по тебе, — голос Милы дрожал, как будто она плакала, и у меня по щеке скатилась слеза. Моя сестра редко плакала. Она говорила, что моих слез хватает на двоих.
— Тебе будто бы стало легче, — прошептала она.
Я вытерла слезы.
— Я чувствую себя лучше. За пределами восточного крыла существует целый мир.
— Можешь начать вычеркивать пункты из списка.
Я улыбнулась.
— Уже вычеркнула первый пункт. Мы вернулись в Нью-Йорк на частном самолете. Было так круто.
