«Тренироваться нужно и побольше», — нравоучительно заметил Огонёк.
Крыть было нечем. Он прав.
Отложив книги, достала дневник и упала с ним на кровать. Почерк у меня был аккуратный и красивый, разбирать его с лупой и каплями для глаз было не нужно, так что через несколько минут я нашла то… что совсем не планировала. В мой дневник внесли изменения! Аккуратно удалили часть текста и продублировали написанные рядом строки, чтобы при пролистывании я не заметила подмены.
Я и при чтении не сразу сообразила, что происходит! Мозг современного землянина настолько заточен под компьютеры, что когда я впервые увидела задвоившиеся строчки, подумала о технической ошибке. Иногда ненароком выделишь часть текста, скопируешь и вставишь. Или кот поможет.
Только дневник–то написан вручную!
Внимательно просмотрела записи всех страниц. Текст, что я писала в Харраде, был подправлен искусно и тонко, без спешки, но последующие страницы явно зачищали второпях. Заклинания с замещающим текстом выделялись криво пришитой розовой заплаткой на красных джинсах.
Отложила в сторону дневник и подошла к окну, открывая его и впуская свежий вечерний воздух.
Лорд и леди Фогрейв были знакомы достаточное время для заключения брака и первый вопрос, на который мне нужен ответ — на какой территории они встречались?
Аргумент к версии: дракон не стал бы разводиться с женой до встречи с истинной парой. В высшем свете так не принято, кроме того, прежде такого желания у его светлости не было. Как и возможности бесконечно посещать Землю. Сам он не стихийный дракон, а Рагнар, если верить служанкам, в Харраде почти не появлялся. Да и Огонёк прямо сказал, что Рагнар — не служба доставки.
Меня же с вещами доставили лишь тогда, когда появилась возможность открыть портал между мирами. Тот самый, который можно активировать раз в пять или более лет.
У сайрены дар убеждения и стихия воды. Рагнар сказал, что она глушит мой дар, подразумевая огонь и воду. Однако моя настоящая мама, та, что жила со мной на Земле, каким–то образом тоже глушила мой дар, отгоняя Тьму. Не позволила мне её принять и пройти все те инициации, о которых рассказал Маро. Делала ли она это специально?
К глазам подступили слёзы, потому что думать о маме без эмоций я не могла. Да, она была строгой и отстранённой, никогда не баловала своим вниманием, но заботилась, растила, сидела со мной, когда я болела.
Но не принимала моего тепла.
Я и блогом начала заниматься по большей части от того, что именно от общения с подписчиками, от их живых и ярких эмоций напитывалась, словно глубоководная морская губка. И в ответ дарила им свои время, любовь и уважение.
В груди запекло от мысли, что и она не была моей матерью, скорее напоминая няньку или охранницу.