Кто знает, как он поведёт себя, окажись я в полной его власти, вдруг все мои страхи оправданы? А брак на Эрмиде — это сплошные права для мужчины. И наши силы пока слишком неравны, он и умнее и хитрее, я моргнуть не успею, как окажусь за семью замками. Нет уж, что я, зря на Земле жила, что ли? Не буду поддаваться! У женщин есть права, желания и… Не те желания, я сказала! Другие тоже!» — в миллионный раз напомнила себе, но внутренний голос звучал скороговоркой, словно понимая, что ещё мгновение, крохотный, едва заметный миг — и я проиграю в этом противостоянии.
— Я боюсь задавать тебе вопросы, — признала откровенно и прямо. — У меня их миллион, тысячи, но… Неужели мы не можем поговорить нормально без магии? Неу…
Рагнар выставил руку ладонью вперёд, останавливая мою речь.
— Ты задала вопрос и сейчас, похоже, задашь ещё немало, позабыв о ритуальной договорённости.
И снова он прав. Я неверно сформулировала мысль, стоило произнести: «Я бы хотела говорить с тобой откровенно и без магии», но нет же… Может, шалит подсознание, генерируя вопросы, подзуживая меня к активным действиям?
— Спасибо, я действительно не планировала задать тебе вопрос, более того, хотела закрыть этот договор и просто общаться, — сообщила, тщательно подбирая каждое слово, не позволяя речи ненароком трансформироваться в вопрос.
— Мы можем поговорить без магии, — ответил Рагнар, как того требовал ритуал, и добавил: — Но с магическим договором интереснее. Мне нравится тебя целовать. Я хочу тебя целовать, Алессаль. И сейчас обязан это сделать.
Его губы дрогнули и в заходящем солнце красивое лицо показалось высеченным из камня — он вновь запер эмоции и, вероятно, сейчас осторожно поцелует меня и отстранится. Он должен это сделать, иначе мы сорвёмся, сгорим в огне страсти. Но сейчас не время. И не место.
Пошевелилась, собираясь встать и сделать поцелуй более безопасным, но одним плавным движением Рагнар оказался рядом со мной, и в следующую секунду мои лопатки мягко опустились на циновку, а дракон навис сверху.
Хотела было высказать свою точку зрения, напомнить дракону об одном очень важном обстоятельстве, но, стоило разомкнуть уста, как их тотчас захватили в плен его умелые губы.
Ни секунды нежности.
Он повелевал. Он властвовал. Он покорял.
Дикое пламя пронеслось по венам, выжигая зачатки сопротивления и остатки разума. Я вспыхнула, выгнулась в его руках, подставляя жаждущее тело ненасытным губам, рукам.
Треск ткани. Обнажённую нежную грудь щекочет тёмный волос на его груди. Будоражит рецепторы. Запускает электрические импульсы по телу.
Я дрожу. Подёргиваюсь. Горю в его руках. Напряжённых и жадных, горячих и жёстких.
Он чуть отстраняется.