Хотите вы, господа тёмные, не хотите, а я потихоньку распутаю все ваши планы и разберусь во всех тайнах. Всему своё время. Как сказал отец, у меня вся жизнь впереди.
— Такая у меня наследственность, — развела я руками, стараясь не рассмеяться. — Может, я больше в дядюшку пошла?
— Спаси нас, Тьма! — сымитировал испуг отец, и мы радостно рассмеялись.
В Ургран отец вошёл хозяином. Ни ностальгии, ни улыбки на лице. В холле звонко велел цанам собраться и ожидать на террасе, а затем взял меня за руку и подошёл к хрустальной стене.
— Приложи ладони и прикажи открыть ход, — велел он, что я незамедлительно сделала, ничего особенного не ожидая. Думала, очередное испытание. Однако стена завибрировала, хрустальные кирпичи налились светом, пожелтели, а после исчезли, открывая спуск в подвал. — Иди.
Кивнула, легко сбежала по лестнице, прислушиваясь ко всем органам чувств. Дорога была безопасной, неожиданно длинной, а закончилась просторным пустым залом без признаков факелов или свечей.
— Можно призвать ветер, чтобы немного проветрить? — спросила отца. Воздух в помещении был затхлым и неприятно щекотал ноздри.
Попросила стихию бережно проветрить пространство, но ветерок упёрся. Выходит, он не просто так крутился возле меня сегодня — надеялся, что я с ним поиграю, закручу несколько вихрей, подниму часть воды из моря, смерчем кину на землю… Разрушитель. Любит негативные эмоции. Пришлось пообещать ему развлечение, но пока не согласовали шторм на море, ни в какую не соглашался. Ветер — действительно самая вредная стихия, но и с ней можно договориться.
— Ветер некому сдерживать, — заметил отец. — Все древние расы, которые могли его укротить, погибли. Вот он и держится рядом с нами, потому что признаёт лишь силу.
— Как погибли? — уточнила, услышав в тоне отца стальные нотки.
— Ты всё поняла верно, дочь. Мы враждовали. Победил сильнейший.
Стало зябко, однако я не позволила страху сжать ледяной рукой моё глупое сердце. Я и сама огненная тёмная. Да, маленькая ещё, неопытная, слишком добрая. Но это пока. Посмотрю на себя через тысячу лет. Тьма потихоньку делает своё дело — я становлюсь сдержаннее, хладнокровнее.
Мои мысли подслушал отец и решил преподать ещё один урок.
— Я всё же займусь твоим обучением, вам здесь неправильно преподают основы. Тьма — это не зло и не бесконечный холод, хотя так может показаться на первый взгляд. Тьма бесконечна, она добрая и злая, обжигающе холодная и уютно–тёплая. Она — Праматерь. Высшая сила. В ней ты черпаешь то, что тебе нужно, то, что ты выбираешь, в ней есть всё. Причина беспощадности огненных тёмных — не Тьма.
— Огонь, — выдохнула, раскрывая для себя ещё один секрет магов.
— Огонь — самая жестокая стихия, Миа.