В гуще суеты и глумований над мечтыми устремлениями вдруг проскользнуло заманчивое предложение: "То есть это все во имя благой цели?" Жестокая насмешка и неверие в подлинные намерения знакомого опекуна-учителя пробуждают в нем жажду узнать правду за углом его студенческого курса....
— Колум сказал, Ник позаботится о том, чтобы ты добралась домой в целости и сохранности. — беспечно парирует ее так называемая подруга, и еще раз взмахнув рукой, при этом глядя на меня, исчезает в толпе танцующих.
Ева растерянно застывает на месте ко мне спиной, давай мне возможность насладиться сногсшибательным видом: высокая круглая задница в узких джинсах и стройные ноги, подчеркнутые тонкими лакированными каблуками. Пожалуй, это единственное, что останется на ее теле этой ночью.
Незаметно поправляю напряженную ширинку, чтобы не пугать девушку, и беру ее за руку:
— Тебе не зачем волноваться, златовласка.
— Мне нужно домой, — пустым голосом роняет Ева.
Я знаю этот тон. Когда женщина говорит одно, а подразумевает прямо противоположное. Но и уговаривать тоже не в моих правилах, поэтому я перемещаю ладони ей на плечи и мягко разворачиваю к себе:
— Уверена, что хочешь именно этого, Ева?
Ее прерывистое дыхание обжигает мне подбородок, когда она поднимает на меня трепещущие ресницы и выдыхает свое лживое «Да», которое в ее исполнении звучит как «Трахни меня».
— Вызову тебе такси, — убираю руки.
Слышу немой вздох разочарования, осевший в ее горле, и, давя собственное, достаю из кармана мобильный.
Спустя пятнадцать минут мы покидаем клуб и садимся в подъехавший автомобиль:
— Ты поедешь со мной? — Ева округляет глаза, когда я ныряю на заднее сидение следом за ней.
— Ты же слышала свою подругу: я обещал доставить тебя в целости и сохранности. — усмехаюсь ее искреннему изумлению.
Выясняется, что мы живем не так далеко друг от друга — всего в пяти кварталах. Едем молча: Ева смотрит перед собой, часто дыша, а я в это время стараюсь выкинуть из головы картины ее груди, обжимающую мой член.
Отворачиваюсь к окну, чтобы не искушать себя ее рельефным профилем и пытаюсь отвлечься мелькающими пейзажами ночного Нью-Йорка. Помогает слабо, но по крайней мере пах не так ломит.
Ощущение теплых ладоней на шее и упругое тело, оседлавшее мои колени, возвращают меня в мир похоти.
Цветочный шепот щекочет мне губы:
— Просто хочу попробовать, — после чего горячий влажный язык проникает мне в рот, мгновенно посылая новую волну крови к члену.
