Из гулких слов ректора Батлера раздавался странный тон. "Лорд Батлер, я надеялась на что-то менее трагичное, когда вы говорили о чрезвычайно важном вопросе с моей студенткой." Студентка, которая должна была стать его темной целительницей, сидела в углу кабинета, скрепя сердце за слух....
Похоже, «Его темная целительница» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
13
– Я вот чего не понимаю, – задумчиво спросила я вечером того же дня, вытряхивая себя из жизнерадостно-зеленого платья, – если вы так страстно ненавидите светлых, зачем вам целитель? Хороший лекарь может сделать все то же самое, что и я.
Анна, слегка серого оттенка, уже лежала в кровати. В комнате слабо горел магический светильник, из-под входной двери пробивался свет общего коридора и какой-то подозрительный шум. Моя фантазия отказывала в попытках понять, что там ходит, шкребется и чавкает, и я решила, что как настоящая леди буду игнорировать очевидное.
Хмыкнув, от воспоминаний, я подошла к Анне и приложила ладонь к раненому плечу. Немного магии, немного лекарской хитрости и щеки девушки приобрели приличный оттенок. Не розовый, но и не цвета дорожной пыли.
– Ректор пытается привить молодежи новый взгляд на жизнь, – усмехнулась Анна, прикрыв глаза.
– И как? Успешно? – я улеглась на свою узкую койку, мгновенно показавшуюся мне самой лучшей периной в жизни. Даже лучше герцогских подушек, честно.
– Ну, ты же здесь, – зевнула девушка и отрубилась.
И ведь не поспоришь! Впрочем, спорить я не собиралась. Я собиралась спать и отсыпаться.
Утро следующего дня прошло в какой-то бестолковой суете. Будильник у Анны пищал, визжал и царапался (да, царапался), пока мы обе не продрали глаза.
– Крыса? – флегматично спросила я, переступая через трупик."
"– Демон-суетолог, – позевывая, ответила Анна, а затем как-то сильно внимательно посмотрела на меня: – Ты странная.
– Почему?
– Обычно девицы истошно визжат от Пушистика.
– Я и не такие тушки видала, – честно ответила я, не без омерзения вспоминая вскрытие пожеванного Туманной чащей тела.
Тушка, кстати, дернула ушами, но упорно продолжала изображать убиенную. Мы старательно не обращали на это внимания, собираясь на завтрак.
Анна опять ехала верхом на своем полупрозрачном монстре, а я качала головой – девушке нужен был покой, а не превозмогание. Но я не записывалась в нянюшки к взрослой девице, а потому лишь ограничилась выразительным взглядом, на который получила пренебрежительное фырканье.
