Автор
Яркий зал полон ожидания, журналисты бьются за лучшие места, чтобы рассказать первыми новости. В немецком тоне поднимаются голоса: "Смотрите, супербосс вот-вот появится!" И в этот момент дверь распахивается, и вошел человек, чья уязвимость витает в воздухе. Так начинается серия необычных событий, когда обычное рабочее место превращается в ловушку для выживания....
Он меня одним этим взглядом здесь раскладывает. У него страшные глаза, змеиные, гипнотизирующие.
Он заставляет меня вспомнить, как кричала и билась в воде от его ласк.
– Мистер Кац. У меня новости.
Этот голос как ледяной душ для меня.
Вздрагиваю.
Марк привлекает внимание босса, а я отворачиваюсь к иллюминатору, ощущая какую-то гнетущую недосказанность.
Момент потерян и волшебства за окном больше нет. Самолет набрал максимальную высоту и за стеклом все погружается в серый туман.
Хорошее настроение ветром сдувает, а улыбка…
Кажется, что ее и не было.
Отворачиваюсь от мужчины. Ограждаюсь.
И меня застает врасплох его запоздалый вопрос:
– Кому ты строчила текст, Катрин?
Смотрю в отстраненное лицо. Вроде просто вопрос задал, но мне опять чудится, что готов меня сейчас голыми руками придушить.
С чего такие мысли?!
Не знаю. Может, потому что красивые длинные пальцы с силой сжали чашку, так и не поднеся ее к губам?
Мне почему-то кажется, что он так и шею мою свернуть может, лишь сжав.
Отбрыкиваюсь от глупых мыслей и отвечаю правду.
Димитрию не получается лгать. Его глаза – как детекторы, пронзают, вынимая душу.
– Старый друг. Паша. Он сейчас учится в Москве...
Приподнимает бровь. Лаконично и испепеляюще.
Опять вызвала недовольство?!
Щелчок и Димитрий встает из кресла, а я замираю под его взглядом, делает шаг, нависает сбоку, обдает ароматом своего парфюма и чистым головокружительным запахом разгоряченного самца.
– Такая честная девочка, ты приятно удивляешь...
Наклоняется ко мне. Сжимаю подлокотники сильнее. Вытягиваюсь в струнку, а он кладет свою руку на стол, лишает меня путей отступления, загоняя.
– Маленькая. Пугливая. Вкусная. Я запомнил, какая ты, Катрин, в секунды, когда тебя накрывает наслаждение.
Дышать становится нечем.
Пальцами проводит по оголенным участкам моей кожи. Ласкает.
– Ты все еще не раскатана подо мной только потому, что я хочу попробовать тебя всю.
Выпрямляется и идет в противоположную от меня сторону.
Слушает отчет секьюрити, а я просто прикрываю глаза, не в силах сопротивляться тому, что во мне просыпается благодаря Димитрию.
Глава 46
Москву я увидела разве что из окна машины, пока из аэропорта ехали в центр.
Босс проводил переговоры, встречи.
