Автор
Яркий зал полон ожидания, журналисты бьются за лучшие места, чтобы рассказать первыми новости. В немецком тоне поднимаются голоса: "Смотрите, супербосс вот-вот появится!" И в этот момент дверь распахивается, и вошел человек, чья уязвимость витает в воздухе. Так начинается серия необычных событий, когда обычное рабочее место превращается в ловушку для выживания....
Открываю рот, чтобы отстаивать свою позицию, но слова застревают в горле. Так просто... А мне почему-то внутренне верилось, что меня не захотят отпускать...
Становится больно. В глазах начинает щипать и я знаю, что мои чувства и слова противоречат друг другу, но мне все же хотелось стать для него хоть на капельку особенной.
Сглатываю и чужим голосом произношу тихое:
– Хорошо.
Откидывается в своем кресле, играет бокалом, разбалтывая его янтарное содержимое, и прищуривается.
– Удивительная Катрин. Умная. Выдержанная.
Что мне ответить?!
Я люблю тебя? Я боюсь тебя? Кто ты такой? Зачем я тебе? Что за игру ты вел все это время и кем я была для тебя в твоей очередной шахматной комбинации?!
– Я просто хочу домой.
– Понимаю.
Стук бокала, поставленного на стол, оглушает. Встает и приближается ко мне. А я стою и с каждым шагом зверя понимаю всю безвыходность своего положения.
Хочется побежать к нему навстречу, обнять и расплакаться от непонимания, обиды и странности всего, что между нами происходит.
А в мозгу слова брата.
Беги! Беги!
И страх, что заставляет молчать о Феде. Я не знаю, кому здесь доверять.
Главное, он сейчас дома, и я хочу его увидеть, прижать к себе его непутевую голову и убедится, что цел, что все у нас наладится...
Димитрий становится напротив меня. В пальцах покалывает от желания провести по его лицу подушечками, но я не смею.
Смотрю в полутьме в лицо мужчины и мысленно кричу мольбы об его откровении.
Я поверю. Все приму. Только бы сказал, что я что-то значу для него…
Секунды летят, ничего не меняется.
Все такой же собранный мужчина с отстраненным лицом. Магнат сейчас смахивает на прежнего себя, далекого, как в день нашей встречи, где он стоял на сцене, а я смотрела на него, затерянная в толпе.
Ничего не изменилось. Для него.
А для меня... Он въелся в меня, пробрался под кожу, клеймил собой...
Наконец, выдержке приходит конец, и я выпаливаю:
– Кто ты такой, Димитрий?! Что здесь происходит?! Почему те люди напали на тебя?!
Поднимает руку и ловит меня за подбородок.
– А, может, вернее будет спросить кто ТЫ?
– Я?! Ты, верно, шутишь! Всего лишь девчонка с окраины Сибири, сирота. Я – никто.
– Нет. Ты моя цель.
– Цель?!
Кажется, что мне на голову падает тяжесть всего мироздания.
– Я дал слово твоему отцу. Защищать. И я выполняю свой долг. Больше тебе ничего грозить не будет.
– Не понимаю…
– Ты дочь моего киллера, Катрин.
