Автор
Яркий зал полон ожидания, журналисты бьются за лучшие места, чтобы рассказать первыми новости. В немецком тоне поднимаются голоса: "Смотрите, супербосс вот-вот появится!" И в этот момент дверь распахивается, и вошел человек, чья уязвимость витает в воздухе. Так начинается серия необычных событий, когда обычное рабочее место превращается в ловушку для выживания....
– Не беспокойтесь, господин Кац. Угрозы жизни нет. Она проснется. Это реакция на случившееся. Температура уже спадает.
Врач уходит.
Остаюсь с ней.
Я запомнил ужас и непонимание в ее глазах, когда Катрин утаскивали из моего дома.
Насквозь меня прошила. В руках похитителя она боялась меня. Смотрела широко открытыми глазами, как я одну за другой уничтожаю преграды, возникающие на моем пути. Ничто и никто не может встать между мною и моей целью. Нет. Не так. Между мною и Катрин.
Точка кипения достигнута. Один выстрел и проблема в ее лице будет решена, но ее взгляд…
Остановил.
Малышка узнала меня до конца, без прикрас. Того, кто живет во мне, кто был взращен с самого детства.
Сын Ивана Кровавого не мог быть другим.
Безвольная хрупкость в моих руках. Вожу пальцами по коже, ласкаю венку на шее, отслеживая ток крови.
Тихий стон-вскрик доходит до слуха.
Присматриваюсь. Катрин на грани реальности.
Дрожит и жмется ко мне. Ластится, а из-под сомкнутых век слезы текут, и я не удерживаюсь, слизываю ее горечь.
Забираю ее ужас, отчаяние.
Оно пропитывает воздух, и я затягиваю его в себя.
Странно, что я так чувствую малышку. Моя. Вся. Целиком.
В мозгу прокручиваю очередную комбинацию. План “С”. Тот, который я надеялся обойти. В этом плане есть один нюанс. Вероятность того, что выживу, близится к нулю.
Опять смотрю на Катрин. У нее есть шанс жить. Я его ей дам.
Выхватываю телефон. Набираю. Мой рartner in сrime отвечает незамедлительно."
"– Тайгер. Коул. Он сумел добраться до детей Беспалова.
Гнетущие молчание в трубке и ответ:
– Ты ведь знаешь, что это недопустимо. Все на кону, Гюрза. У Беспалова не должно быть болевых точек.
Спокойный голос на той стороне. Приговор для Катрин и ее брата.
У меня руки в кулаки сжимаются.
– Мы почти добились цели, Димитрий. Я не могу рисковать. Не сейчас. Я все положил на алтарь мести.
– Они у меня.
– Хорошо. Не мне тебе говорить, что после того, как Митяй дал показания, обличающие Вермонта Коула, по-хорошему твой киллер сыграл свою роль и больше не нужен. Его можно ликвидировать.
