Внутри убежища таит в себе опасности природы, которое кажется готовым накрыть молнией любой момент. Стены кабинета Лисвера дрожат от резкого стука в дверь — знак того, что ждёт его посетитель. Мастер звезд Нилкор Сомире с обрамлённой шляпой головой скользит через улицы искрой к нему, отдавая последний поклон стражам....
"Нинель Мягкова
Корона Риоркана. 2. Его величество бастард
Пролог
За окнами бесновалась гроза, будто поддерживая ее величество.
Лисвер была слаба. Сил не оставалось даже на то, чтобы подойти к окну, хотя королева очень любила смотреть из надежного убежища на сходящую с ума природу. Казалось, вот-вот очередная молния ударит прямо во дворец, несмотря на поколениями выстраиваемую защиту вокруг столицы.
Резкий стук в дверь заставил Лисвер вздрогнуть, хотя она уже давно ждала посетителя. Мастер звезд Нилкор Сомире проскользнул в кабинет, кивнув стражам на входе, и склонился в глубоком поклоне, подметая остроконечной шляпой пол.
Многие мастера по окончании обучения в академии расставались с униформой магов с нескрываемым облегчением, надевая ее только по особым случаям. Звездочёт же носил темный балахон с достоинством и каким-то особым удовольствием, тем самым подчеркивая свою принадлежность к привилегированному классу. Дело было в том, что изучение небесных тел многие маги почитали ересью и псевдонаукой, особенно в ракурсе влияния их на реальную магию, а самого Нилкора, не так давно выдвинувшего теорию о том, что спутники и солнце не просто покровительствуют одаренным, а действительно влияют на уровень магии в мире, поддразнивали и осмеивали.
Посмеиваться над королевой никто, разумеется, не смел, но в тишине дворцовых кулуаров изредка, украдкой, пожимали плечами. И зачем, мол, ее величество разбазаривает казну на подобных шарлатанов?
— Вы проверили? — негромко задала самый главный вопрос Лисвер.
— Прогноз проверен, и не раз, ваше величество, — мастер звезд склонил голову в уважительном жесте, но без подобострастия. Каждую ночь имеющие дело с вечностью и бесконечностью, придворные мастера звезд быстро проникались тленностью всего сущего. В том числе и власти.
Не зря она в свое время велела мастеру молчать. Собственно, ему бы вряд ли кто-то поверил, даже вздумай Сомире орать о своих изысканиях на каждом углу, слишком уж сильна была в людях уверенность в незыблемости магических законов, описанных их предками.
