В приют для бездомных Никитична неожиданно зазвонил телефон. В трубке — суетливая женщина в беговой шапочке, рассказывая о бомже на соседней улице. Мгновенно превращается из медийной фигуры в криминальный хронicle-сюжет: страшная история, неприятные подробности и тайны сбежавшего бомжа. Его Величество бомж — это не просто случай, а загадочное явление, на которое никто не готов....
И вижу впервые, как он расслабленно смеётся! Молча, но смеётся, отчего глаза его немного зажмуриваются, широкая задорная улыбка освещает красивое мужское лицо, и он смахивает ладонью незаметную слезинку в уголке глаза.
А ведь он красив! По-настоящему красив немного дикой природной мужской красотой! Ему щедро отпущено всего, что так необходимо настоящему мужчине, и роста, и мощи с лихвой, даже когда в нём, наверное, половина от нормального веса.
— И, чего застряли? — санитарке наша заминка совершенно не ясна, она при исполнении.
— Я отвезу! — успокаиваю.
— Ну, коли так, ладно, — соглашается, — вези, — и уходит.
А я понимаю, что меня на рабочем месте потеряли! Я же на минуточку отпросилась, а сама приросла тут, не оторвать.
— Давай-ка, поспешим! — подвожу кресло прямо к краю койки и стараюсь подставить для опоры своё плечо. Он с улыбкой выставляет ладонь вперёд и отрицательно мотает головой. Потом встаёт на ноги, на мгновение замечаю, как напрягается его лицо, а потом переносит тяжесть тела в кресло, ступни на подставку. И я делаю выдох. Оказывается, пока пересаживался, я забыла дышать!
Он тоже облегчённо выдыхает, и мы катим до перевязочной.
— Мне с тобой сходить? — понимаю, что пора в своё отделение, сто раз пора, и бросить его здесь не могу. Но он опять мотает отрицательно, — тогда, я побегу! Зайду теперь в обед, не скучай! — быстро чмокаю его в щёку и тороплюсь к лестнице, оглянувшись напоследок замечаю, как он, приложив ладонь к поцелую, блаженно смотрит вслед…
В приёмнике в этот час естественно аврал, и по укоризненному взгляду старшей медсестры Ирины Геннадьевны, чётко понимаю, что обнаглела уже слишком,
— Простите, сама не поняла, как так вышло! — оправдываюсь, — больше не повторится.
А дальше время до обеда заполняется плотным потоком плановых на госпитализацию и неплановых экстренных пациентов.
