Меня похитили.Сопротивление бесполезно. Я - заложница.Словно в насмешку, он держит меня в красивом месте. Там, откуда просто физически невозможно выбраться. Бежать бесполезно и даже опасно. Но самое страшное не это… Самое страшное, что спустя время, когда он решит меня отпустить, бежать я не захочу…...
Твои партнеры тебе дороже, чем я? Ну что же, я буду их развлекать, ты же для этого меня притащил.
Мужик возвращается ко мне и с ходу дергает на себя, прижимая как можно теснее. Стараюсь не морщиться от резкого запаха спиртного и сального взгляда. Мы только танцуем, а я уже чувствую себя грязной, словно меня отымели. Хотя так оно и есть. Меня, считай, продали.
— Александра, вам кто-нибудь говорил, что вы очень красивая девушка?
— Говорили, — усмехаюсь.
— Не верьте, вам лгали. Ты не красивая, — так быстро переходит на «ты».
Такой дешёвый подкат. Вроде взрослый мужчина. Но нет в нем ничего истинного мужского. Видно, что привык покупать, а не завоёвывать. Ничего не отвечаю, закатывая глаза. Когда закончится этот танец? Меня уже тошнит от близости с Хреном. На Вадика даже не смотрю. После этого показательного танца я уеду домой.
Одна.
— Вижу, тебе здесь скучно? — мужик прижимается ко мне теснее.
— Да, не люблю такие места. Голова болит.
— Тогда позволь пригласить тебя к себе в усадьбу.
Какой шустрый дяденька.
За шлюшку меня принимает.
За что продают, за то и покупают. Оборачиваюсь на Вадика, начиная его ненавидеть.
— Нет, вынуждена отказаться от вашего предложения. А вот Вадим с удовольствием примет ваше приглашение.
— А нахрен мне Вадик без тебя? — уже внаглую заявляет он. — Тут все взаимно связано.
А вот и шантаж. Как весело-то. И я начинаю заливисто смеяться этому мудаку в лицо. Интересно, что скажет мой папочка, когда узнает, что его протеже, его любимчик и его будущий зять отдает меня всяким извращенцам?
— Да пошел ты на хрен. Урод! — выплевываю ему в лицо. Пытаюсь оттолкнуть, но мудак стискивает мою талию до боли. — Отпусти! — шиплю, как кошка, готовая выцарапать глаза.
— Да не дергайся ты. Назови свою цену.
Ухмыляюсь. Боже, откуда столько моральных уродов на этой земле? Сгибаю колено и неожиданно для мужчины со всей силы бью ему в пах. Он резко отпускает меня и со стоном сгибается пополам. Кажется, у него перехватывает дыхание, поскольку он даже не может сказать и слова, только что-то хрипит матом.
— Саша! — ко мне подлетает Вадик. — Ты что?! — смотрит на меня с ужасом.
