Автор
В атмосфере студенческого общежития скрываются опасности: где-то рядом прячется загадочная студентка. Но никто не знает, кто она и какова ее связь с заведомо неподходящим для коллектива "менеджментом". Серафима, молча красящая губы в облегающих брюках, вызывает шок среди друзей и ставит под вопрос все понятия о том, что такое место....
Думаешь, мне не было обидно, когда твоя жена рассказывала, какой ты бабник, как не пропускаешь каждую юбку на работе, но она тебе все прощает, потому что любит, и скоро у вас долгожданное пополнение?
Теперь я практически кричу, выплескивая скопившиеся эмоции. Денис бледнеет еще больше, делает несколько шагов навстречу, но я отхожу.
— Ты поступила как взбалмошная капризная девчонка, просто убежала, отключила телефон и лучший способ выбрала — это напиться и забыться. Не дав мне сказать ни слова.
— Ты и сейчас ничего не говоришь, я слышу только претензии и упреки.
— А ты, как обычно, убегаешь, не дав человеку сказать и слова.
Машу рукой, разворачиваюсь, слезы стоят в глазах, саму трясет, эмоции выплескиваются через край. Прохожу мимо людей, но иду не в зал, а сворачиваю в какой-то коридор, толкаю дверь, снова коридор.
— Мария! Маша, остановись.
Оборачиваюсь — за мной идет мужчина, но слишком мало света, чтобы рассмотреть его. Темный костюм, широкие плечи.
— Это вы?
— Вам плохо?
— Нет… что… что вы делаете?
Прислоняюсь к стене, но начинаю медленно оседать, когда к моему лицу прикладывают тряпку, сознание плывет, по щекам текут слезы, телефон падает из рук.
А дальше сплошная чернота.
Глава 38 Денис
Вот же несносная девчонка! Не давала и слова сказать, да я и сам хорош, взрослый мужик — и не смог сдержать свою ревность.
Но на самом деле, как увидел ее — в этом откровенном платье, такую красивую, желанную, за руку с хмырем-французом — взбесился. Должен был уйти, не видеть всего этого, иначе не ручался бы за себя.
А когда ее отец намекнул на слияние семей и на то, какая его дочь и этот, мать его, Анри, красивая пара — все, планка точно упала. Хотели ведь поговорить, пока ехал, перебрал столько слов, но они все моментально вылетели из головы.
Перед глазами алая пелена, вот теперь я понимаю беднягу Отелло, и за что он придушил свою Дездемону.
Наговорили друг другу кучу неприятных слов, претензий, упреков. Маша развернулась, убежала обратно в зал, а я, как чертов кретин, не мог сдвинуться с места.
Метался несколько минут по залу в поисках своей девочки в золотом платье, заглядывая в лица собравшихся гостей. Через десять минут стал нервничать, а охрана начинала на меня косо смотреть.
Набрав ее номер, услышал в ответ лишь длинные гудки. Выругался.
Нет, что-то не так.
