Автор
В атмосфере студенческого общежития скрываются опасности: где-то рядом прячется загадочная студентка. Но никто не знает, кто она и какова ее связь с заведомо неподходящим для коллектива "менеджментом". Серафима, молча красящая губы в облегающих брюках, вызывает шок среди друзей и ставит под вопрос все понятия о том, что такое место....
Тогда я думал, что все просто: если ты хочешь быть с человеком, то ты будешь, но я не учел одного — Дымова Мария не простая девчонка из соседнего подъезда.
Она дочь одного из богатейших и влиятельных людей страны, и мне могут оторвать не только яйца, но и голову, если я ее обижу.
Глава 24 Маша
— Маша, ты почему говоришь шепотом? Что случилось, что-то с папой?
— Дашка, да все хорошо, с папой наверняка тоже.
— А почему тогда шепчешь?
— Утро, я не одна.
— С кем? Экономка ночевала в доме?
— Даха, блин, какая экономка?
Натягивая на голое тело футболку Дениса, брошенную ночью на кухне, возвращаюсь обратно, прикрывая дверь спальни, шепчу в телефон, чтоб не разбудить своего мужчину.
Как необычно звучит — мой мужчина. Мне ужасно нравится.
На часах почти восемь утра — и чего моей беременной сестрице не спится в такую рань? Я, конечно, должна быть сейчас дома, в своей комнате, собираться на учебу или работу. Но никак не в квартире мужчины старше себя на двенадцать лет, проснувшись после ночи безудержного, откровенного, самого развратного и фантастического секса в моей жизни.
Улыбаюсь сама себе, зажимаю рот ладонью, чтоб не засмеяться на всю кухню. Достаю из холодильника холодную минералку, пью прямо из бутылки, как с похмелья. А ведь мое состояние именно на него сейчас и тянет, сексуальное похмелье.
— Маша, отвечай, где ты? Тебя надо спасать? Что случилось?
— Даша, все хорошо, я ночевала у мужчины, с мужчиной, все в порядке.
— У мужчины? Какого мужчины?
— Отличного мужчины, самого лучшего, с высшим образованием, я читала его резюме.
— Не поняла?
— Я сама ничего не понимаю, Дашка.
Нет, я не с похмелья, я пьяна от Константинова, от его рук, губ, языка, от его невероятного тела, энергетики, сексуальности, что исходит от него. Чуть все это не сказала вслух, Дашка бы позвонила папе, а папа бы поднял в воздух авиацию в поисках младшей, ставшей непутевой дочери.
— Даша, все хорошо, — рассматриваю кухню, рассыпанные по столешнице макароны, почти закипевшую воду в кастрюле, брошенные на пол салфетки, столовые приборы.
Замерла на месте, фиксируя взгляд на красивой макаронине в форме бантика, картинка зависла, как и мозг, словно мой жесткий диск обнаружил непонятную ему программу и теперь разбирается, что с ней делать: удалять или принимать, проверив на вирусы."
"— В кого? Я его знаю? Это тот француз Анри? — Даша спрашивает тихо.
— Нет, ты не знаешь его. Он преподаватель, он работает в нашем университете.
