В темное ночной лес заглядывает огромный грузовик, и лишь немногие осмеливаются пройти под его хлыстом. Его звали Тони, и этот первые страницы его истории рассказывают о решительности и драматичном исходе аварии.
Тупой совсем, едрить его колесом. Никто на добычу твою не покушается, не надо уши рвать, — зачастил он, довольно блестя глазами и оглядывая трупы свенгов с такой гордостью, как будто лично их всех прикончил.
Оружие я собрал сразу же и сам. Знаю я этих гоблинов — сейчас он говорит, что никто не собирается забирать трофеи, а потом станет уверять, что не видел, куда всё пропало.
Кобуру с обрезом я сразу прицепил на пояс шорт. Вместе с патронташем. А ружьё попросту закинул за спину. Заодно и боекомплект сразу проверил — всего шестнадцать патронов.
Все остальные трофеи я поручил Йорику. Всю схватку падаван простоял на месте, но об этом я собирался поговорить с ним позже. Пока же отправил бронированного ученика обыскать трупы и собрать всё ценное. Особенно наличность.
Лидера мелких зелёных пройдох это слегка расстроило. Но уже через секунду он взбодрился.
— Тащите на крышу бочки! И пиво! Устроим поминки по Жыге, — заорал он, размахивая руками.
— Так он ведь жив, — заметил я, рассматривая трофейный обрез.
Задрав голову, Гоша хитро блеснул глазами.
— Ненадолго-япь! Трындец теперь Жыге! Ты его по ветру пустишь, — с довольной миной проговорил карлик, шевеля ушами.
В моей голове крутилась масса вопросов, но тут из окна дома высунулся ешё один гоблин. И громко заорал, уточняя, надо ли брать сардельки. Теперь, единственное, о чём мог думать мозг — образ шипящей жареной сардельки, который так и манил к себе.
Уникальный случай — реальность почти полностью совпала с ожиданиями.
Первые пять я перемолол зубами, толком даже не заметив. Потом влил в себя целую банку ледяного светлого пива. И блаженно прикрыл глаза.
— Кайфани как следует, дарг! Сардельки, это тема, — заорал Гоша.
Глянув на мелкого паршивца, я одну за другой насадил на прут целый десяток сарделек.
Йорик тоже жарил сосиски и потягивал пиво. Забавное зрелище — как будто мутировавший чужой из одноимённого фильма решил зависнуть на местной вечеринке.
