Хотя нет, при таком раскладе преподаватели Хёница заинтересовались бы моей персоной гораздо раньше — на моменте, когда я стал разговаривать с воздухом.
Пытаюсь придумать какой-то, хотя бы отчасти правдоподобный вариант, когда справа раздаётся голос Айрин.
— Я предупредила его, господин дознаватель.
Тот разворачивается на каблуках, смотря девушке лицо.
— Йорс Меннэль, юная леди. Дознаватель Хёница. Зачем вы это сделали?
Виконтесса задирает подбородок и с чуть зардевшимся лицом, озвучивает ответ.
— По той причине, что мне весьма небезразлично состояние тела господина Вайрьо.
Мужчина несколько секунд буравит её взглядом, потом снова разворачивается ко мне. Успеваю заметить мелькнувшее в его глазах удивление, которое тот быстро прячет за маской сухого невозмутимого следователя.
— Откуда у вас винтовка и боеприпасы, усиленные рунами? Кто их прислал?
Тут мне скрывать нечего.
— Доверенное лицо моего отца, графа Вайрьо. Господин Мойрниц, армейский капитан в отставке. Сейчас он находится в Кёйреле.
Дознаватель заинтересованно хмыкает и переводит взгляд на «Лоун», сейчас прислонённый к стене.
— В своём обычном виде, это оружие стоит не так дорого. Но вот с таким набором рун на стволе — весьма немало. Откуда у доверенного лица бедного северного графа, такая сумма?
Изображаю полное непонимание ситуации.
— Об этом лучше спросить его самого, господин Меннэль. Или «бедного северного графа». Он, наверняка обрадуется подобной формулировке.
Судя по чуть изменившемуся лицу Йорса, тот сам понимает, что перегнул палку. А если действительно надумает разузнать что-то у капитана — Мойрниц выкрутится. На крайний случай, у него есть возможность связи с ректором.
Несколько секунд мужчина стоит на месте, как будто к чему-то прислушиваясь. Потом озвучивает вердикт.
— Мои коллеги сообщают, что студенты, бывшие на занятии подтверждают ваши слова — студент второго курса сам открыл дверь и вломился внутрь, после чего…и началась вся эта история.
Спустя секунду он усмехается, добавляя ещё небольшую порцию информации.
— У него были защитные руны от контроля разума. А ваша граната парализовала человека, за счёт вывода из строя функционала мозга. Защита отчасти сработала, но привела к вспышке неконтролируемого страха, сродни наведённой панике. Он не понимал, что делает, когда ворвался на занятие. Но вы действовали в рамках правил университета, защищаясь от нападения, пусть и превентивным ударом. Более того — помогли разобраться с возникшей угрозой.