Первые матерятся, когда рядом нет вторых, а те — когда поблизости отсутствуют первые. Некоторые набирают в штаты поэтов, певцов и писателей, надеясь сделать детей лучше. Но все эти три категории пьют и матерятся ещё побольше остальных, волочась за каждой служанкой. Я слышала на юге дело обстоит иначе — там есть специальные пансионы, куда отдают детей почти с рождения. Но до нас эта мода пока не добралась.
В боковом коридоре слышатся чьи-то шаги и девушка, прервавшись, косится в том направлении.
— Мы сейчас собирались попробовать разобраться с ритуалами жертвоприношения. Ты с нами?
Виконтесса выглядит крайне довольной, хотя и пытается скрыть это под маской холодного безразличия. Глупо, учитывая её эмоциональную тираду, произнесённую совсем недавно. Но видимо, с её точки зрения — логично.
Договорившись о том, чтобы встретится через пару часов перед входом в крыло общежития, расходимся. Она — искать Тонфоя, который пошёл отправить телеграмму, а я в комнату — переодеться и ознакомиться с «базой» — нужно пройтись по рунам, нотам и ксотам, которые предполагается использовать. Перед тем, как удалиться, девушка озвучивает, что живёт в комнате одна, а ключ я могу оставить себе. И вообще, вечером к ней можно заглянуть. После чего, не дожидаясь ответа, упархивает в один из коридоров.
Добравшись до комнаты, встречаю Джойла. Здоровяк с внимательным лицом изучает учебник по ритуалам менталистов, морща лоб и записывая что-то в тетрадь. Переодеваясь, вспоминаю, что у него тоже было занятие по айвану и спрашиваю.
— Как у тебя с твоим талантом? Чем занимались?
Сосед что-то неразборчиво бурчит и делает вид, что крайне увлечён изучением учебника. Уже заинтересовавшись, задаю ещё один вопрос.
— Что-то не получилось? Или не хочешь говорить о том, какой у тебя айван? Я вот могу управляться с тестом. Как выяснилось — не настолько бесполезная штука, как изначально казалось.
Вздыхает и поворачивается ко мне. С покрасневшим лицом выдавливает.
— У меня странный айван. И занятие было…странное. Лучше бы тоже тестом управлял. А то…
Взмахнув рукой, снова отворачивается к окну. Тихо добавляет.
— Потом может расскажу. Мне сначала обвыкнуться надо чуть. Заикнись я дома, что такое вытворять тут буду — матушка бы розгами высекла, да к стене привязала.
Пытаюсь представить, чем таким мог оказаться его айван, но вариантов слишком много. Особенно, если учесть, что здоровяка может смутить масса вещей. Закончив переодеваться, усаживаюсь на кровать, тоже взявшись за учебник.