- Это что – шутка? – подозрительно посмотрел на него Святослав. – Тогда отставить – для юмора у нас есть специально отведенное время. См режим дня.
- См? – переспросил Ежов.
- Ну, это сокращенно от «смотри».
- А обязательно было всех убивать? – неодобрительно осмотрел побоище Михаил. – Можно было и в плен кого-нибудь взять...
- Они первые начали. А когда стреляешь в кого-нибудь, не удивляйся, если он начнет отстреливаться, - с мудрым видом индийского гуру проговорил капитан. – И вообще – имперцы пленных не берут. Что нам с ними делать? Информацию мы и так всю скачали, выкупа за них не получишь, а просто отпускать – глупо. Нам не нужно, чтобы Куросава узнал, что мы все знаем. Согласен со мной?
Ежов с сомнением дернул щекой, но промолчал.
Экипаж «Вурдалака» в кратчайшие сроки перегрузил с поверженного звездолета все мало-мальски ценное в «Борей». Ценного оказалось не слишком много – филерский корабль шел практически порожняком. Хотя Соазссь обыскал все каюты, словно хомяк – амбар с зерном.
Жадный хуассин забрал все до последней монетки. Даже коллекцию вкладышей из шоколадок «Holden Lingh», найденную в какой-то каюте. Кстати, вкладыши были очень красивые, движущиеся голографические трехмерники. Цикл назывался «Разумные существа», и включал в себя две тысячи триста основных рас Млечного Пути. Хотя в коллекции, собранной кем-то из членов умерщвленного экипажа, была всего лишь девяносто одна картинка.
- Странно, что в их экипаже только люди, - растянул губы в задумчивой улыбке Койфман, последним покидая борт погибшего корабля. – Обычно даже на военных звездолетах есть хотя бы двое-трое чужих...
- Чужой – оскойбительное название, - укоризненно просвистел Соазссь. – Надо таки быть космополитечнее, йебе Аайон.
Ежов неуверенно летел по коридору, то и дело во что-нибудь врезаясь. Где-то там, в недрах «Вурдалака», Рудольф чинил установку искусственной гравитации. Но пока он ее не починил, в корабле царила невесомость.
К примеру, в невесомости очень трудно передвигаться. Шевелиться нужно очень осторожно – достаточно самого ничтожного движения, чтобы полететь... чаще всего совсем не туда, куда нужно. Несмотря на пропажу веса, масса и плотность никуда не исчезла, поэтому удары о твердые поверхности остаются все такими же болезненными.
- Уи-и-и-и!!! – донесся восторженный вопль. Ежова нагонял Денисов, резко загребая руками, как пловец брассом. Он приспособился к новым условиям с поразительной скоростью.
