Но они тем не менее кивают без намёка на снисхождение и даже начинают сыпать вопросами: типа как мне работается, сложно ли и сколько у меня людей в подчинении. Это приятно.
— Карим предупредил, что в офисе задерживается, — ни к чему вдруг вставляет Эльсина. — Там какое-то собрание у них экстренное.
Я начинаю махать официанту, делая вид, что эта информация меня не касается. Ну задерживается и задерживается. Хотя в душе радуюсь. Значит, приедет.
Девчонки пьют вино, а мне хочется мохито. Для себя я твёрдо решила не напиваться. Во-первых, я и без алкоголя способна веселиться, а во-вторых, не хочу давать повод Марату и Искину думать обо мне как о взбалмошной Василине образца двухгодичной давности. Да, я запомнила то, что сказал Карим. Из-за меня друзья над ним потешались.
— Ну что, пьём? — весело вопрошает Эльсина.
— Пьём! — выкрикиваю я, чтобы подогреть всеобщее веселье, и едва не всасываю кубик льда через трубочку. Потому что в этот момент приходит Карим.
Кажется, он не знал о моём появлении, потому что на его лице мелькает замешательство, через секунду сменяющееся вежливой улыбкой. Улыбаясь ещё шире, Карим пожимает руки Марату и Искину. Две девушки, имён которых я не запомнила, оживляются при виде него, ощериваясь в белозубом оскале. У меня моментально начинает чесаться кожа. Так даёт о себе знать желание убивать.
Но это так, рефлекс прошлого. Сегодня убивать я никого не намерена. Наверное, и правда пора взрослеть. Эльсина парня себе нашла, хотя все, кто её знал, были уверены, что она ещё минимум лет пять не перебесится. Искин женится… Даже неугомонная Мила замуж вышла и неплохо готовку освоила. А мне по-прежнему хочется расцарапать лицо каждой, кто не так улыбнется Кариму, при том что он давно уже не мой. Ну сколько можно?
Карим садится на диван, и одна из улыбающихся моментально тянется к нему, чтобы что-то спросить. Желание убивать воскресает с новой силой, поэтому мне приходится отвернуться к Эльсине и сказать какую-то чушь, вроде: «Классная сегодня музыка, да?»
— У него никого не было, — продолжая традицию нелогичных фраз, выкрикивает она мне в ухо. — Ну в смысле серьёзного никого.
Мне хочется заулыбаться этой информации и одновременно затопать ногами. Никого серьёзного означает, что у Карима был секс с другими. И зная его темперамент, точно не с одной. И это я, разумеется, понимала, но… это не то же самое, что услышать от его родной сестры.
— Да мне всё равно, — уверенно говорю я. — Мы же расстались.
