Юнона садится в машину к Искину с Лилей — они живут в одном коттеджном посёлке, Марат забирает двух своих подружек — Регину и Дину, а мы с Эльсиной и Алиёй идём к Кариму.
Я скрепя сердце забираюсь назад, хотя до сих пор считаю, что переднее пассажирское кресло навсегда закреплено за мной. Алия садится рядом, а Эльсина — вперёд.
Дорогой они с Каримом обсуждают предстоящую поездку в Мингер к бабушке с дедом — они навещают их раз в две недели. Ревность начинает озлобленно скрести когтями, и мне снова приходится напомнить себе о взрослении. Ну а чего я хотела? Ясно, что в семье Карима мне больше делать нечего.
Правда, о своей досаде я быстро забываю, когда Карим вдруг проезжает поворот к моему дому. Прикусив губу, я отворачиваюсь к окну, чтобы скрыть своё торжество. Значит, сначала он отвезёт сестру и Алию.
В ту же секунду мой телефон крякает новым входящим. Эльсина.
«Кажется, ты выйдешь последней».
«Он просто забыл», — печатаю я, старательно запихивая в рот выпирающую улыбку.
Ничего он не забыл, конечно. За рулём Карим собран до занудства.
Эльсина и Алия выходят из машины вдвоём — оказывается, они сегодня вместе ночуют.
— Может, вперёд пересядешь? — осведомляется она с самым невозмутимым выражением лица. Купидониха сотого уровня.
Ничего не ответив, я с достоинством пересаживаюсь к Кариму. Всё же и без слов понятно: просто сзади меня укачивает.
— Спасибо, что вступился за меня, — говорю, после того как мы трогаемся. — Чёрт знает, что у некоторых в голове. Я просто танцевала.
Даже поморщиться хочется от тона, которым я это говорю. Будто оправдываюсь.
— Я всегда за тебя вступаюсь, — с беззвучной усмешкой отвечает Карим.
— Угу, — соглашаюсь я. — Милая у Искина невеста, кстати. Ему очень подходит.
— Лиля хорошая девушка.
«А я? — пищит ревнивица внутри меня. — Я, в твоём понимании, хорошая девушка, или тебе нужна такая, как она?»
— А как тебе парень Эльсины? Саша его зовут, да?
— Нормальный вроде. Мы один раз виделись в Лондоне. Недвижимостью занимается. Должен сюда приехать.
— Смотрины, значит, ему устроите? — иронизирую я.
— Смотрины? — Повернув голову ко мне, Карим смеётся: — Да вся наша семья на него молится. Такую бандитку себе выбрал.
«Бандитка» — это прозвище Эльсины в нашей компании. Потому что она заводила.
— И то, что он русский, не смущает?
— А должно? Я же с тобой встречался.
Вот значит как? А как же его предсмертное обещание бабушке?
Мне сразу же жутко хочется об этом спросить, но я сдерживаюсь. Знаю, что не время.