Ну, а как быть с теми, кто остался на Кубе? Сколько их умрет, пока отвезете исцеленных и доставите новых? Если эксперимент даст эффект, вы получите лекарство, которое можно применять дома. Не понадобится возить больных сюда. Переправить раствор на остров не проблема, так, Рауль? — посмотрел я на советника посольства.
— Да, — кивнул он. — Доставим самолетом.
— Решайте! — развел я руками.
Несколько минут кубинцы ожесточенно спорили. Рауль с Иниго наседали на мулата, тот возражал, но потом сдался, буркнув что-то.
— Доктор предлагает испытать лекарство на двух больных, — перевел Рауль. — Еще столько вы исцелите своим воздействием. Затем сравним.
— Хорошо, — согласился я.
Карлос кивнул, встал и вышел.
— Подготовит больных, — пояснил Рауль.
— А что делать мне? — спросил Иниго. — Если лекарство уже есть?
— Хватит вам работы, — успокоил я. — Нужно найти способ размножать активированные клетки без моего участия. Иначе рискую до конца дней просидеть перед банками с раствором. Но и в этом случае смогу помочь немногим.
Спустя несколько минут мы договорились. Иниго переедет в поместье, где будет жить в пустующем домике для прислуги. Там же разместят лабораторию. Оборудование для нее приобретет Рауль по представленному Иниго списку. Обойдется недорого, заверил микробиолог. Сложные эксперименты не потребуются.
В каюту заглянул Карлос, и я отправился исцелять. Провозился допоздна – сложные пациенты. Ну, так кто бы мне привез других? У кубинцев сильная медицина, лучшая в Латинской Америке. И не только в ней. Продолжительность жизни на Кубе – 78 лет. Это, несмотря на любовь кубинцев к рому и сигарам. На медицину страна тратит больше, чем многие развитые страны – в процентном отношении, конечно. Есть успешная фармацевтическая промышленность. В XXI веке Куба создаст вакцину против ковида. Сама, без чьей-то помощи. И это бедная страна с населением 10 миллионов человек…
В поместье мы вернулись ближе к полночи. К моему удивлению, Вика не спала.
— У меня к тебе есть вопросы, — объявила, когда я заглянул в спальню.
Выглядела она сурово и решительно. Сердце у меня ухнуло в пятки. Исабель проговорилась? Мне закатят сцену ревности?
— Приезжал полицейский, — сообщила Вика. — Спрашивал о каких-то бандитах. Мол, не слышали ли мы выстрелов, не пытался ли кто залезть в поместье?
— Правду. Крепко спала, ничего не слышала.
— А теперь ответь! Что за воры приходили ночью? Не те самые, которых нашли мертвыми?
— Они, — признался я.
