Экстрасенс разбушевался, когда жажда власти и тайные сделки затронули могущественных людей. За интригами похищения целителя и борьбой за влияние на фондовом рынке скрывается жестокая игра сильных мира сего. Следователь пытается разобраться в событиях, где ставки невероятно высоки.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Экстрасенс разбушевался» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Экстрасенс разбушевался, когда жажда власти и тайные сделки затронули могущественных людей. За интригами похищения целителя и борьбой за влияние на фондовом рынке скрывается жестокая игра сильных мира сего. Следователь пытается разобраться в событиях, где ставки невероятно высоки.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анатолий Федорович Дроздов Легкое чтение Любовные романы Фантастика Самиздат подборки серии
Экстрасенс разбушевался, когда жажда власти и тайные сделки затронули могущественных людей. За интригами похищения целителя и борьбой за влияние на фондовом рынке скрывается жестокая игра сильных мира сего. Следователь пытается разобраться в событиях, где ставки невероятно высоки.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Сколько есть? — поинтересовался я.
— Мы приготовили десять пациентов с разной стадией ДЦП, — подключился Вольф. — Их родители дали согласие на участие в эксперименте.
— Среди пациентов есть больные олигофренией?
— Нет, — покрутил головой профессор. — Мы наслышаны, что с такими не работаете.
— Значит, всех и исцелю.
Немцы вытаращились на меня.
— И еще, — подбросил я хворосту в огонь. — У вас есть слепые дети?
— Вы и слепоту лечите? — изумился Вольф.
— Если сохранилось хоть немного зрения. Два-три процента.
Профессор переглянулся с управляющим.
— Поищем, — кивнул Шредер. — Сколько будет, не скажу, предстоит согласовать с родителями, но найдем.
На том и порешили. Управляющий раздал членам делегации конверты с командировочными. В номере мы с Викой посчитали – 150 марок на нос. Небогато, но хоть что-то.
— Завтра у нас напряженный день, — объявил на прощание Шредер. — А вот следующий в вашем распоряжении. Можете осмотреть город, посетить магазины, приобрести сувениры для родных. Или побывать, скажем, в варьете, посмотреть стриптиз, — улыбнулся он, показав вставные зубы.
— Никакого стриптиза, товарищи! — поспешил куратор, едва немцы удались. — Мы же советские люди.
Я едва не расхохотался. В прошлой жизни слышал историю. Группа советских туристов посетила Будапешт. Среди них, естественно, был куратор. Строго наблюдал, чтоб никто из группы не позволил себе лишнего, обличал загнивающий Запад и подпавших под его влияние венгров. На прощание хозяева отвели советских туристов в варьете. Полуголые девочки танцевали канкан. Помешать им куратор не мог, потому мрачно пил. Алкоголь снес ему тормоза. Подбежав к сцене, куратор принялся целовать девочкам ноги и хватать их за всякие места. Еле оттащили. Всю обратную дорогу в СССР ревнитель морали просидел, не поднимая головы…
Медицинская конференция – это скучно. Калька с партийных собраний в СССР. За столом на сцене – члены советской делегации, представители принимающей стороны, в зале – персонал клиники. Ее лучшие врачи, как сказали нам. Поначалу немцы смотрели на нас с любопытством, но потом заскучали. Было отчего. Воронов вспомнил, что он министр, и посвятил свой доклад успехам советской медицины. Цифры, факты, проценты. Где столько наковырял? На фига это немцам? Эстафету перенял Терещенко. Рассказал о своей клинике, замечательном персонале, который, не жалея сил… Пациенты все, как мухи, выздоравливают. Об отделении для детей с ДЦП только упомянул. Дескать, есть такое, и добилось выдающихся успехов. А каких именно, расскажет заведующая отделением.
Вика вышла к трибуне третьей.
— Только не вздумай про космические корабли, которые бороздят просторы Большого театра, — шепнул я. — Не уподобляйся своим начальникам, не то все уснут.
