Автор
Ежедневная жизнь в саду превратилась в поиски отсутствующих трусов. Его взгляд острый как щепотка, а реакция при мысли о возможном разводе шокирует до глубины души. Но это не главное - он теперь натягивает боксеры на тыльной стороне которых висят обкуренные куртки и сигареты......
Потому что, по логике таких товарищей, глупо прийти в китайский ресторан и нажраться от пуза одной только фунчозой.
- Умеешь ты, Оль, обнадежить, - мне вдруг захотелось плакать."
"- А что я? – хмыкнула она. – Ты и сама это прекрасно понимаешь. Иначе не было бы этого «только». Но, с другой стороны, волков бояться… Пока не попробуешь – не узнаешь. Тем более, все равно уже попробовала. Вдруг на самом деле все не так печально. Может, он вторая собака, а ты его долгожданная сахарная косточка.
Я невольно улыбнулась.
- Все, Натка, давай, мне Витька звонит.
Она отключилась, а я отложила телефон, выставила Тошку из комнаты и забралась под одеяло.
Утро вечера мудренее. Это были два волшебных дня. Просто невероятных. И даже если ничего у нас с ним не выйдет, они все равно были!
19. Антон
Все было прекрасно. Эйфория! Но… есть такой сволочной кактус – опунция. С мелкими-мелкими щетинками-колючками. Даже дотрагиваться не надо, только мимо пройти – и вот колючка уже сидит под кожей, крохотная, невидимая.
Стоило остаться с ней. В этом не было ни капли здравого смысла, ни капли резона. Но интуиция вопила. Она у меня вообще была хорошо развита и редко обманывала. Видимо, привычка мониторить обстановку способствует. Вот только я ее не всегда слушал, а потом неизменно жалел. Или же она срабатывала постфактум. Как сейчас – когда я уже подъезжал к дому.
Вернуться? Как-то… не знаю, неловко, что ли?
Я старательно отгонял этот зуд.
Все в порядке. Просто страшно выпускать из рук то, что уже и не надеялся получить.
Поймал, называется, жар-птицу. Да нет, маленькую птичку. Сидит между сжатыми ладонями и трепыхается. Сильнее сожмешь – задушишь. Ослабишь – улетит. Или нет? Может, и не хочет улетать никуда? Может, правда моя? Тогда не надо держать.
Что происходит вообще? Я что, влюбился? Вот так, сразу? Или, может, уже давно? Едва увидел? Может, все мое прежнее было только для одного – чтобы понять: вот такая мне и нужна?
Целая ночь дремучих снов и влажная от пота простыня, сбившаяся и обмотавшаяся вокруг ног. И первая мысль, когда открыл глаза: как жаль, что ее нет рядом. Чтобы снова подтащить к себе – мягкую, теплую, податливую.
