Занимала, – поправился он, подумав.
– Скажите… А у вас ведь завод тоже куда как стратегической важности. Зачем вам прорываться к сормовским? Если вы удержите эту территорию, не дадите ей сгореть или развалиться…
– Масса причин, – ответил Березин. – Первая и главная – нас мало, мы территорию не удержим. Народ все больше в другие места прорывался, а мы вот здесь застряли. Вторая – все припасы у «заводских» или «кремлевских», мы в магазинах подбираем, что уцелело. А уцелело немного. У нас припасов на пару недель, а что потом делать – не знаем. И третья причина – мы изолированы, а «кремлевские» точно хотят нас отсюда погнать.
– А кто тут у вас? – спросил я, неопределенно поведя рукой вокруг.
– Разный народ, отовсюду. Хорошо, что оружием разжились. Василий Сергеевич… – он кивнул на мента, – помог прихватить со складов городского УВД. Пока здесь держимся, но нужно что-то решать. Транспорта у нас теперь не хватает, как прорываться в промзону – не знаем. Ехать из города, так там в «Красном якоре» банда засела, от них бывают проблемы, и опять же – дефицит транспорта.
– Мало в городе транспорта? – удивился я.
– Немало, но надо уметь его без ключа заводить, а у нас именно таких специалистов нет, – усмехнулся он. – Тайна за семью замками это для нас. А с чем-то долго возиться не получится, мертвяки окружат и разорвут. Надо чтобы раз – и в дамки.
– У нас такой есть. – Я показал на Шмеля. – А с крыши у вас как обзор?
– Хороший. По крайней мере, могу показать, где у «кремлевских» огневые точки.
– А покажите, если нетрудно.
Мы направились наверх вчетвером, Березин, Белявский и мы с Лехой. Остальные остались внизу охранять наше барахло и заодно беседовать с обитателями гостиницы.
– Лифт не работает, сами понимаете, – сказал главный инженер, выходя с нами на лестницу. – Ворота запитали от резервного генератора, но солярки немного. Ну и радиостанцию, батареи заряжаем.
– Есть связь с кем-нибудь?
– С «Красным Сормовом», но «кремлевские» ее слушают.
Двое из сидящих на крыше больше смахивали на байкеров, оба в джинсах, ботинках-берцах и побитых «косухах», еще один, с СВД, был военным, «вованским» сержантом, из дезертиров, судя по всему, и кроме них был какой-то мужичок в кожаной куртке, невзрачного вида. Березин подошел к ним, спросил, что видно. Ответил невзрачный в кожаной куртке, мол, не видно ничего.
А вид с крыши гостиницы был отличный, до самого-самого центра, до вокзала и дальше, и даже кремль сквозь дымку проглядывал.
