— Ну что вы, Ференц! Фрау Шуман я буду для вашего начальника управления. Кстати, он говорит по-русски?
— Ни слова не понимает. И всячески это подчеркивает — незнание языка вероятного противника… — тут Молнар слегка поперхнулся; его немного покоробило это понятие, 'вероятный противник', относительно России. — Так вот, незнание русского он ставит себе в сугубую заслугу. Потому что других нет…
— Любите вы начальство, Ференц, сразу видно. Ну, пойдемте!
Они вышли на многолюдную в этот час улицу Ваци, и не спеша, направились в сторону площади Сабадшаг.
— Знаете, Ференц, если архитектура — это застывшая в камне музыка, то ваш Будапешт мне в первые же минуты напомнил окаменевшие вальсы Штрауса.
— Ну, тогда уж скорее оперетты Кальмана — он все же венгр, хотя, как говорят наши националисты, с еврейскими корнями.
— Хорошо, пусть будет Имре Кальман, но все равно — с Берлином не сравнить!
— Берлин — очень холодный город. Во всех смыслах. — Молнар бывал в столице Германии, уже после объединения. Но, во-первых, город тогда обуяла лихорадка разрушения Берлина социалистического и немедленного возведения Берлина — столицы единой Германии; а, во-вторых, он тогда вообще не знал немецкого и изрядно путался в этом сером мрачном мегаполисе. Так что воспоминания о германской столице остались у советника Молнара крайне скверные.
— Ну, вот и наше заведение. Добро пожаловать! — И Молнар шутливо раскланялся перед своей спутницей, указывая воображаемой шляпой на неприметное трехэтажное здание стиля ампир, столь характерного для Австро-Венгрии конца прошлого века.
Они вошли в ворота — молчаливый охранник проверил и удостоверение Молнара, и карточку гостьи, которая, к удивлению его попутчицы, уже была старшим советником заранее заготовлена — и по короткой алее, обсаженной тяжелыми, изрядно пожилыми липами, прошли ко входу в Службу национальной безопасности Венгрии.
Еще одна проверка — и они были внутри. В здании было довольно тихо, и это немного удивило гостью.
— У вас как-то странно тихо…. В нашей богадельне в это время народу по этажам шляется масса!
— Недавно новое правительство решило, что национальная безопасность — это последнее, в чем нуждается Венгрия, и изрядно сократило штаты. Сегодня у нас здесь работает всего человек пятьдесят, не больше. Впрочем, прошу вас, начальник ждет нас к половине девятого.
