«Сапфира, – попросил ее Эрагон, – не могла бы ты подыскать нам подходящее место для ночлега? С земли все же видно не так хорошо, как с воздуха».
Зов Сапфиры он услышал как раз перед тем, как дневной свет стал потихоньку меркнуть.
«Сюда!» И Сапфира послала ему мысленное изображение уютной полянки, спрятавшейся от нескромных взоров в роще на берегу реки.
Эрагон развернул лошадей и погнал их рысью. С помощью Сапфиры он очень легко отыскал это место, но сомневался, что кому-то еще удастся столь же просто найти отлично замаскированную полянку.
На полянке уже горел небольшой и почти не дававший дыма костерок. Возле него сидел Бром, поглаживая больную руку, которую держал под каким-то странным углом. Рядом с ним клубком свернулась Сапфира. Она вроде бы дремала, но Эрагон видел, как напряжено ее тело. Дракониха внимательно посмотрела на него и спросила:
«Ты уверен, что не ранен?»
«Внешних ран у меня точно нет… А вот насчет всего остального не уверен».
«Надо было мне раньше к вам прилететь!»
«Не думай об этом. Мы все сегодня ошибок наделали. Мне, например, тоже надо было поближе к тебе держаться». Эрагон чувствовал, как Сапфира благодарна ему за эти слова.
– Ты как? – спросил он у Брома.
Старик мотнул головой в сторону плеча и сказал:
– Разрез довольно длинный и болезненный, но заживет, я думаю, очень быстро. Надо бы только перевязать рану чистой тряпкой, эта, к сожалению, уже вся промокла. – Они согрели воды и промыли рану, затем Бром сам перевязал ее чистой тряпицей и сказал: – Теперь нам просто необходимо поесть. Давай сперва перекусим, а уж потом поговорим.
Насытившись и чувствуя в желудках приятное тепло, они улеглись у костра, и Бром раскурил свою трубку. А потом повернулся к Эрагону.
– Теперь, пожалуй, самое время рассказывать. Мне страшно интересно, что произошло, пока я был без сознания! – Глаза его так и сверкали в пламени костра, а кустистые брови как-то особенно свирепо топорщились.
Эрагон весь подобрался и стал рассказывать, стараясь ничего не упустить. Все это время Бром с непроницаемым видом хранил молчание. Когда же Эрагон свой рассказ закончил, он опустил глаза и уставился в землю. В тишине слышался лишь треск костра, и прошло немало времени, прежде чем Бром встрепенулся и спросил:
– А раньше ты этой своей силой когда-нибудь пользовался?
– Нет. Ты что-нибудь о ней знаешь?
– Не так уж много. – Он задумчиво посмотрел на юношу. – Я в большом долгу перед тобой, ведь ты мне жизнь спас, но я очень надеюсь когда-нибудь вернуть этот долг. Тебе есть чем гордиться: мало кто ушел живым из лап ургалов! Но тот способ, которым ты воспользовался, крайне опасен для тебя: ты запросто мог себя убить, а заодно и весь Язуак уничтожить.
– Так ведь выбора-то у меня не было! – тут же ощетинился Эрагон.