В темноте шоссе джип Мишку вынесло на бок от необычного тумана, исходящего из потемневшей формы, словно гигантский светляк. Быстро приближалась охота и друзья, но внезапная проблема замедлила ход путешествия. Встреча с непонятным объектом на дороге стала началом необычного приключений в серию событий вокруг заброшенной тяжелой машины "Урал", готовящейся к спасительному шансу....
Похоже, «Еще один шанс» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Убью, пащенок! – вопил он, размахивая колом. – Зашибу, тварь!
Вскинув кол, он бросился на Мишку, норовя навернуть его по голове. Сбежав с крыльца, парень шагнул вперед и, выждав, когда дядька нанесет удар, шагнул в сторону, одновременно слегка разворачиваясь к нему лицом. В тот момент, когда кол просвистел мимо его многострадальной тушки, Мишка ударил. От всей души, так, как когда-то его учили. Жилистый кулак врезался Трифону в челюсть, и пьяницу просто подкинуло.
Выронив кол, тот рухнул на землю, моментально потеряв ориентацию в пространстве.
– Еще раз посмеешь тронуть ее хоть пальцем, я тебе башку откручу. Понял меня, пьянь?
– Засужу, – прохрипел в ответ Трифон. – У мирового ответ держать будешь.
– Это что тут такое происходит? – послышался знакомый бас, и в калитку вошел урядник.
– Да вот, Николай Аристархович, – ответил Мишка, брезгливо отшвыривая жертву, – нажрался до свинского состояния и на маму Глашу с кулаками полез. Пришлось внушение провести. Кулаками.
– Давно пора, – скривился урядник, мрачно разглядывая притихшего Трифона. – Я тебе что говорил, Трифон? Давно в холодной не ночевал? Или решил, что если племяш болеет, так за бабу и заступиться некому?
– Болеет он, – заныл дядька. – Да он здоровее меня будет. Дерется так, что с одного удара и дух вон.
– Ну-ну, подавай, – фыркнул урядник. – Посмотрю, что тебе судья скажет. Особливо ежели я на том суде буду. А я туда обязательно приду, – многообещающе закончил он. – Надоел ты мне, Трифон. Никак не уймешься. Одно беспокойство от тебя.
– Чего это беспокойство? – делано возмутился дядька.
– А того, что шебутной ты. И меры не знаешь. Все люди как люди, выпьют свою плепорцию, и домой, спать, к бабе под бок. А ты все норовишь бузу какую устроить.
– Простите, господин урядник, Христа ради, – тут же заныл дядька. – Куражу излишек вышел. Душа праздника просила, вот и не сдержался.
– Последний раз, Трифон. Еще раз бузу учинишь, и считай, что уже пошел кандалами греметь, – вздохнул урядник и величественным жестом отмахнулся от него.
