На развязке у Вантового четко видна была целая колонна техники, в том числе и военной. Свернув влево, благо шла по встречной Даша рванула по газону, выскочила обратно на набережную, и понеслась к Володарскому мосту. Заметили? Да наверняка… И что теперь, бросятся догонять? Пока скрутятся с кольцевой… Ищи ветра в поле. Но вот смогут предугадать, куда дальше она двинет? А чего тут гадать-то… Выбора-то у нее нет. Вот именно. Так что — наплевать. Дворами — и по-вдоль Народной — к путепроводу, а там на Мурманку… А если и там перекрыто — то через Икею и через Кудрово, по мосту или вдоль речки в поля… Здесь она жила со своим первым парнем, только приехав в Питер, райончик знакомый, все тропки знает, прорвется по-любому.
Путепровод, конечно, забит, но встречная свободна — вот там и поедем. С путепровода особо не видать… поближе… если что — развернуться места хватит. Оп-па! На кольцевой и тут пост. Ну, стало быть, назад и в поля…
Глянув в зеркало, Даша почувствовала, как сердце подскочило куда-то к горлу. Метрах в пятидесяти сзади виднелось зеленое рыло бэтээра. Он катил неспешно, ствол орудия смотрел немного в сторону и вверх… Но ехал он четко за ней, словно подпирая. Надеясь на чудо, Даша чуть сдвинулась вправо и притопила тормоз — чисто стопы зажечь. Почти сразу же бронемашина заморгала фарой, недвусмысленно сдвинувшись следом и даже немного сократив дистанцию. Все ясно, и дергаться глупо. А вот уже и развязка… нет, пока только дорожная развязка. Под мостом нагромождение машин — похоже, из пробки сделали баррикаду. Не проехать. Броневик отстал, поморгал снова фарой и словно указал мордой — ага, бывший съезд, теперь — въезд на кольцо. Ну, а выбора-то и нет. В самом конце маршрута встречает такой же бэтээр — ага, ну, все. Приплыли.
Даше всегда нравился предохранитель на «Макарове» — можно включить-выключить, и так носить, заряженный, но не взведенный. И безопасно, и достав — сразу можно стрелять. Пять патронов… маловато. Хотя и пять не дадут выстрелить. Про ружье и думать нечего, разве внимание отвлечь. И делать вид, что все нормально и ничего не понимает. Все, можно глушить, все равно — приехала. Тут не вывернешься. Ставя на передачу машину, Даша почувствовала, как лицо стягивает неестественной, неживой маской. Стало вдруг очень-очень обидно, и она едва сдержалась, чтобы не разрыдаться. Ради чего это все, зачем? Терпеть, стараться, надеяться, пережить все это — и в итоге вот так, сдохнуть на пыльном асфальте, как развлечение для пьяной солдатни?! Обида сменилась отчаянной и даже какой-то веселой злобой. Ну, суки, если вы лопухнетесь, хоть на чуть, позволите мне — то уж оплатите мою жизнь по полному счету, еще и с чаевыми, решила Даша.