Типа легковуха вроде. Джип какой-то. Ого, вояки-то разошлись. Хотя, почему и не?
Не доехав до ворот, джип встал. Из него вышли четверо, сошлись прикуривая, что-то обсуждают. Все с оружием, но кого это теперь удивит? Посовещавшись, пошли к воротам. Вон, вроде, здоровый такой — наверное Иван. Вот уже почти у ворот. Надо бы окрикнуть что ли, а то как в прошлый раз…
— Эй! Иван, эт вы там?
На пару секунд повисло молчание, а потом вдруг у машины что-то сверкнуло, и сверху над головой и чуть в стороне жалобно звякнуло стекло.
Голова еще продолжала думать за Ивана, а я уже присел за подоконник… Снова выстрел, и снова звон стекла — а от стены лестницы я теперь вижу — летит пыль. Нихуясибе, сходил за хлебушком. Моментом вскипает ярость — вашу ж в Бога мать! Твари йобанные! А вот вам.
Выставив ствол наружу, над подоконником — как и показывал Иван — очередями выпускаю целый магазин — вот так! Пусть думают, что тут аж целый пулемет! И патронов немеряно.
И впрямь, притихли. Но оставаться тут нельзя, высунуться не дадут. А и хрен с ним — пока не поздно, бегу вниз, во двор — и вон к тем скелетам, где Мухтар прятался. Он кстати не лает, а только утробно рычит. По пути ухитряюсь даже поменять магазин, правда, чуть не упал, споткнувшись об мертвяка — совсем забыл. Ага, вот так — за этой вросшей в землю Беларуськой — вы меня хер достанете! А уж ничего другого я вам не дам…
Словно в подтверждение моих мыслей, над забором, у ворот, поднимается темная фигурка. Тебя-то и надо. Тщательно прицелясь, плавно вытянул спуск. Грохнуло, и тут же взрыв мата и стрельбы — впрочем, даже рядом не чиркало. А один точно словил свое. Ну-ка, а остальные… давайте, так вам ворот все равно не открыть…. Ну?!
Хрен гну. Дураков нема. А вот что мне еще не нравится — Мухтар словно смотрит куда-то на забор в бок, и порыкивает. Уж не значит ли это, что…. А, похоже — так и есть. Кто-то идет в обход. Ну, и че делать? Делать-то что?!
Внезапно, все меняется — от ворот слышны крики и свист, топот за забором — звук заводимого мотора и удаляющийся скрежет покрышке. Опа-на. Дуракам снова везет? Знакомый свистящий рык — броневик. Притормаживает у поворота ко мне, а потом, взревев, уносится дальше. Настороженно вылезаю, осматриваюсь.
— Эй, ты там жив? — ага, слышал, голос знакомый, с моста вояка, а значит — кто-то спрыгнул, а они дальше.
Точно. Двое вояк. Здороваюсь, вкратце рассказываю. Вместе смотрим, они светят фонариками — ага, точно — следы крови! Немного, но есть! Вот вам, суки. Одного гада я проучил. Старательно давлю в себе гордость — невелика победа. Вскоре возвращается броневик — прямо-таки слышится в его рокоте какое-то разочарование — ну, ясно. Даже Иван приехал. Переговорили — выясняется, эти дни банда еще напала на озерковских. Еще семью вырезали.