Автор
В зале офисного здания телефона ждала звонок Алина. В голосе ее слышалась суета и волнение — как будто она только-только вернулась с рабочего места. Андрей, муж соседки по кабинету, пропускал сообщения уже несколько часов подряд, но никто не мог связаться с ним. Алина перекладывала бумаги и склоняла голову, как бы пытаясь решить сложную финансовую ситуацию, в то время как мужчина искал причины задержки — увы, все варианты выглядели слишком необычными....
— Документы отдай! — попробовал попросить по-хорошему.
— Надеется, что ей все сойдет с рук? Что она самая умная и у нее хватит сил тягаться со мной? Да я ее в ее же дерьме утоплю!
— Документы где? — повторил настойчиво.
— Она кровавыми слезами умоется у меня, на коленях приползет, в ногах валяться, умолять будет! — продолжил он перечислять свои пьяные фантазии.
Глядя на него, мне страшно было подумать, через что могла пройти Белоснежка рядом с таким человеком.
Недомуж… даком.
А сколько еще он ей будет портить кровь, вымещая обиды? Я прекрасно помнил, каким злопамятным Артюхин был в детстве, и мог предположить масштабы.
Кем он сейчас, говорил, работает? Что-то связанное с адвокатурой?
— Ты меня слышишь?
— Я лишу ее родительских прав! Я знаю, что надо делать, — полыхнул безумным огоньком его полубредовый взгляд.
И в глазах заплясали довольные черти. Уверенные в своей победе. Заранее торжествующие.
Проблема была в том, что взять и разом оборвать все нити, связывающие его с Женей, не получится.
Я это прекрасно понимал, как и то, что Артюхин собирался использовать свое преимущество против нее.
— Если хоть один волос упадет с головы Жени по твоей вине, — с размаха одним точным движением пригвоздил его к стене, удерживая рукой за горло, чувствуя, как пальцы покалывает от долгожданного желания размазать ублюдка по стене, — ты не просто лишишься всего, что имеешь, — тебя по косточкам собирать будут. Если заслужишь. — Артюхин захрипел, хватаясь за мое запястье.
Он замотал головой, и я ослабил хватку. Хотя хотел его дурной башкой и об стенку. Чтобы мозги встали как надо, чтобы думать научился в правильном направлении.
— Пять миллионов, — наконец, обретая голос, просипел он.
— Что? — не понял в первые секунды.
— Пять миллионов, и я от нее отстану.
— Сколько? — полностью отпустил его.
Посмотрел недоверчиво и чуть было не расхохотался. Он решил продать жену? Я не ослышался?
— Пять лямов — и забирай эту ша… — Андрей запнулся, наткнувшись на мой острый взгляд.
— Торгуешь человеком? А ты в курсе, что у нас подобное запрещено законом? Даже статья есть. Хотя о чем я?! Ты ведь в этом профи.
— Решай сам, — выплюнул он, все еще потирая шею. — И я забуду про ее существование насовсем. И даже пришлю букетик на вашу свадьбу.
