Автор
Свеча на новогоднем столе почти догорела. Всё ещё жду салют — а ты, Ира, дуешь убирать номера. Вопреки всем ожиданиям — в этой профессии ранимый романтик ноль. Жизнь простой горничной на Роял Грейсе — это борьба за выживание. Спина болит, рукавицы ломаются и поясница стучится в самый неподходящий момент....
""Но мы не атакуем непорочных девиц"" – напоминаю себе строго.
Мы с ними галантно знакомимся.
Даже если голышом и после попыток хорошенько ""поругать"" их девичью честь.
Сначала целуем ручку, сладко поем об их красоте и только потом, любезно и со всеми почестями, берем на абордаж.
– Вы, мадмуазель, не бойтесь – пробасил я, напуская на себя безобидный вид.
По крайней мере, по пояс у меня всё получилось как надо.
Виноватое и обаятельное.
Ниже – просто обаятельное и ни хрена не виноватое.
– У нас с вами кажется просто вышло небольшое недопонимание.
Девчонка не отвечает, только напряженно следит за мной взглядом.
Прижимаясь к стене, опускает взгляд вниз – на провинившегося, и все еще прыткого бойца, потом – снова на меня.
Вниз – на меня.
Вниз…
И швабру как-то еще плотней крохотными пальчиками сжала.
– Не переживайте, – подхожу еще ближе – он у меня парень подневольный. Бойкий, но под моим контролем – усмехаюсь и глаза против воли скашивается к разорванному на груди платью, под которым виднеется нечто крайне аппетитное.
Так бы и сожрал все это губами.
– Я уже заметила, кто из вас тут подневольный – ехидно отвечает мелкая.
Черт, нравится, нахалка!
И взгляд тут же пружиной отлетает на стройные, восхитительные ножки…
Это послабление стало моей роковой ошибкой!
Девчонка, замерев на мгновение, делает резкий выпад вперед шваброй.
Меня задевает по касательной, заехав по заднице и только я, извернувшись чуть ли не в балетном па, выдыхаю победное:
– Ха!
И уже собираюсь ухватиться за швабру, как девчонка, внезапно сменив траекторию, успевает нанести второй удар.
На этот раз решительно и безапелляционно.
Рычу, как подстреленный зверь.
Прямо в пах!
В самое сердце паха, мать вашу…
– Поймаю заразу – едва ли не со слезами угрожаю, утешительно обхватывая ладонями свое сокровище. – Поймаю… Прибью…
Но нахалка уже бросает в меня швабру, крепко стукнув по лбу напоследок, и со всех ног летит к выходу.
Свернувшись в три погибели, несусь следом за ней, пробегаю к двери и почти успеваю схватить её за платье, но она уже вылетает в коридор.
Я за ней!
И тут-то, в коридоре, меня останавливает громкий, пронзительный визг.
Две девочки в таких же строгих, черных платьицах, шокировано смотрят на мое подбитое, но жаждущее мести орудие и вопят на всю громкость.
