В накидке пляжа Лала предстает перед читателем как женщина, ставящая все под сомнение. Несмотря на внешнюю невозмутимость и даже легкую игривость в поведении, внутри она мучается выбором между правдой и самоидентификацией. Книга о внутренних противоречиях, где каждое слово наполнено глубиной и эмоциями....
Проникает в легкие, просачивается в кровь.
– Ты изнасиловал ее?! – рычит Марат. – Лала! Он тебя изнасиловал?!
Брат сжимает кулаки и подходит к кровати. Каюта хоть и роскошная, не такая большая, чтобы в ней можно было где-то укрыться от его ярости. Я бросаю еще один панический взгляд на Звягинцева. А тот… Определенно никуда не собирается бежать. Он даже больше не зол. Он закрыт. Нет, эмоционально заколочен. И отстранен. Если я скажу, что меня изнасиловали – ему не жить. Если я скажу, что сама к нему пришла… Жизни не будет мне.
– Нет, – всхлипываю, обнимая себя руками.
– Ч-что?
– Нет. Произошла ошибка. Ч-чудовищная ошибка.
– Ошибка? – ревет всегда, клянусь, всегда сдержанный Марат, подлетая к нам и что есть сил толкая в грудь своего лучшего друга. – Ты трахнул мою сестру по ошибке?!
– Извини, не разглядел в темноте.
– Ты что, вмазанный? Ты под наркотой, да? И ей… ей ты тоже подсыпал?! – Марат лупит Назара, а тот и не сопротивляется. Мне ужасно плохо. Физически – в первую очередь, но еще и от того, что моя дурость выходит боком человеку, который совершенно точно ни в чем не виноват.
– Никто мне ничего не подсыпал! – пищу.
– Да что ты? Может, ты сюда по доброй воле пришла, а?!
На меня никогда так не кричали. Я сжимаюсь в комочек. Жалкая… Такая жалкая.
– Представь себе! – кричу в ответ, помня, что лучшая защита – это нападение.
– Ты сама пришла к Назару?!
Звягинцев складывает руки на груди и глядит на меня, иронично приподняв бровь.
– Не к нему. Не… к… нему…
Марат брезгливо отскакивает. Каюта и коридор заполняются людьми, которые, видимо, вышли на крик. Я хотела пасть? Что ж, похоже, мой план сработал. Теперь можно мне умереть? Пожалуйста, можно? Желательно в тишине. Почему все кричат? Мне так ужасно плохо. Уйдите. Просто уйдите.
Низ живота болезненно пульсирует, голова раскалывается. А еще меня страшно знобит. Я подтягиваю колени к груди и начинаю тихонько плакать.
– Уйдите, пожалуйста. Все уйдите! Мне так плохо… Так плохо.
Сколько злобы вокруг. Сколько горя!
Я эгоистичная свинья? Очень на то похоже…
Думая лишь о себе, я поссорила лучших друзей. Заставила Марата думать плохо о Назаре.
