В накидке пляжа Лала предстает перед читателем как женщина, ставящая все под сомнение. Несмотря на внешнюю невозмутимость и даже легкую игривость в поведении, внутри она мучается выбором между правдой и самоидентификацией. Книга о внутренних противоречиях, где каждое слово наполнено глубиной и эмоциями....
«За тобой заехать?»
«Приезжай и поднимайся».
Ничего себе. Ну, ладно. Кто я такой, чтобы разбрасываться такими щедрыми предложениями? Думал, управлюсь за полчаса, но так топил, что за двадцать минут доехал. О том, что забыл прихватить подарки, вспоминаю, уже заходя в парадную. Чертыхаюсь, но делать нечего. Мое нетерпение слишком сильно, чтобы возвращаться. А вот цветы, наверное, надо купить. Тем более что цветочный буквально через дорогу.
В дверь звоню, сжимая в руке огромную охапку лохматых тюльпанов. В ушах шумит от волнения, и я не уверен, то ли звонок не сработал, то ли я не услышал, как тот звонит.
– Привет. Я не ждала тебя так быстро. Даже одеться не успела.
– Я понял так, что дело срочное.
Лала отводит глаза, а я не могу… Не могу на нее не пялиться. Я так скучал. Так безумно по ней скучал. Делаю шаг вперед, впиваясь в ее осунувшееся лицо цепким взглядом.
– Спасибо, что приехал. Проходи.
Но никто из нас не шевелится. Стоим как два дурака. Она немного растеряна и испугана. Я разорванный в клочья. Поднимаю руку, не касаясь, обвожу лицо дрожащими пальцами. Лала зажмуривается. Кусает дрожащие губы.
– Безумно… Я скучал по тебе просто безумно.
Лялька в ответ на мои признания слабо улыбается и только яростнее комкает подол.
– Ты голодный? Я не уверена, что смогу приготовить яичницу, но бутерброды…
– Я не голоден. Просто выкладывай, что случилось.
– Давай хоть заварю чай.
Лялька разворачивается на пятках и торопливо скрывается в недрах квартиры. Меня окатывает ароматом ее тела. Не пойму, что не так, но пахнет она несколько по-другому.
– Ты сменила духи?
Руки Лалы, порхающие над столом, застывают. Лялька поворачивается ко мне в полупрофиль, тянется к сахарнице:
– И не только духи.
– Разонравились? Хм. А я тебе в подарок купил похожие.
Усаживаюсь за стол. Лала набирает воду в вазу, ставит на стол букет, чашку, заварник, вазочку с какими-то сладостями и нерешительно опускается на стоящий напротив стул.
– Ты стал еще больше.
– Ага. Занимался много, чтобы… – сглатываю, – не спятить.
Ну вот. Она снова отворачивается. Такими темпами мы никогда ни до чего не договоримся.
– И загорел. Хорошо выглядишь.
– Спасибо. Я всей душой хотел бы вернуть тебе комплимент, но, Лала, ты себя видела? Господи, ты вообще что-нибудь ешь? Когда я согласился уехать, предполагалось, что ты сможешь о себе позаботиться.
Знаю, звучит как обвинение.
