В накидке пляжа Лала предстает перед читателем как женщина, ставящая все под сомнение. Несмотря на внешнюю невозмутимость и даже легкую игривость в поведении, внутри она мучается выбором между правдой и самоидентификацией. Книга о внутренних противоречиях, где каждое слово наполнено глубиной и эмоциями....
Или когда он меня двумя руками держал, отчаянно, с каким-то даже остервенением сопротивляясь тому, над чем никто из нас уже был не властен.
Или когда я, однажды проснувшись посреди ночи, услышала, как этот сильный, не дающий ни на миг мне усомниться в себе и своей любви мужик плачет. Потому что ему тоже больно, возможно даже, невыносимо, но он не может позволить себе эмоций. Не может, потому что кому-то из нас уж точно нужна холодная голова… Иначе мы оба сломаемся. В моей жизни не было ничего страшнее тех задушенных хриплых всхлипов.
В общем, когда-то это случилось… Пришло настоящее прощение. И мир навсегда поделился на две абсолютно неравнозначные части. На «мы» и «все остальные».
Где «все остальные», безусловно, желали мне только добра. Но они не понимали меня так, как понимал он. Откуда им всем было знать, как это – потерять ребенка. Пусть даже и нерожденного.
Ты знаешь, все ведь вокруг больны,
А мы как будто еще ниче…
«МИ-6» – NЮ
Я их ощущала больными, да. Не себя… И тем более не Назара.
Однажды мама, пытаясь меня утешить, сказала что-то вроде: «Не переживай, Лалочка, ты так молода, у тебя еще непременно родятся детки».
– Какого черта?! О чем она? Как другие дети компенсируют мне потерю первенца? Как?! Скажи! Она что, спятила?! Я не хочу других «деток». Я эту детку хочу-у-у. Я так хочу, Назар… Ну почему так? Скажи…
– Я не знаю, лялька. Я правда не знаю.
И я рыдала, свернувшись, как беспозвоночное, у него на груди. Я захлебывалась горем, и все меня бесило. Не знаю даже, как он меня выносил.
– Заметил, в чат никто больше не кидает фото детей? – говорила зло. – Даже Брагин. А уж он-то как никто этим грешил. Сколько, кстати, уже их Маше? Они что думают, я сглажу их ненаглядных отпрысков?
– Нет, конечно. Ну что ты говоришь, а? Они хотят уберечь тебя от боли.
– Ну, тогда вышлите всех младенцев за пределы Земли! Слабо?!
Да, я была несправедлива.
– Не жарко тебе? – удивляется Назар, выходя на небольшую террасу. – Там плавится даже асфальт.
– Хотела подышать свежим воздухом.
– В центре мегаполиса? – усмехается, присаживаясь рядом со мной на корточки. – Может, напросимся к твоим родителям пожить?
– Лучше к себе на участок съездить."
"– Там сейчас из-за стройки шумно. А вот на следующий год! – мечтательно прикрывает глаза.
