Автор
Итни окинула взглядом спальню и убедилась, что комната, где прожила тридцать лет, теперь чиста и аккуратна. Выдвинув ящик комода, она осторожно держала в руках пистолет - черный и холодный, как ночь. В трубку загудело, затем раздался ее дочь Трейси: "Алло?"
Трейси очнулась от того, что кто-то поднял холст и в контейнер ударил луч света. Она медленно открыла глаза. Грузовик стоял в помещении склада. Ей улыбался Джеф.
– У тебя получилось! Ты просто чудо! Давай сюда коробку!
Трейси безразлично наблюдала, как он взял футляр.
– Увидимся в Лиссабоне. – Джеф уже собрался уходить, как вдруг остановился и повернулся к ней. – Слушай, Трейси, ты ужасно выглядишь. Ты в порядке?
– Джеф… я… – еле выговорила она, но не докончила – он исчез.
У Трейси остались самые смутные воспоминания о том, что произошло дальше.
– Мадемуазель, вы больны. Вызвать вам врача?
– Никаких врачей, – прошептала она.
За стойкой «Свиссэр» ее должен ждать билет до Женевы. «Выбирайтесь из Амстердама как можно быстрее. Как только полиция обнаружит кражу, город намертво закупорят. Сбоев быть не должно, но на всякий случай вот вам адрес и ключ от безопасного дома в Амстердаме».
Аэропорт. Ей необходимо в аэропорт.
– Такси, – пробормотала Трейси.
Поколебавшись, женщина пожала плечами:
– Хорошо. Сейчас вызову. Ждите здесь.
Трейси воспаряла все выше и выше, все ближе к горячему солнцу.
– Ваше такси уже здесь, – сказал ей мужчина.
Как бы Трейси хотелось, чтобы ее больше не трогали. Она желала одного – уснуть.
– Куда ехать, мадемуазель? – спросил водитель.
«За стойкой «Свиссэр» вам оставят билет до Женевы».
Нет, она слишком больна, чтобы лететь на самолете. Ее снимут с рейса и вызовут врача.
– Так куда ехать? – нетерпеливо осведомился водитель.
Трейси дала таксисту адрес «безопасного» дома.
Полицейские задавали вопросы про бриллианты, а поскольку она отказалась отвечать, настолько разозлились, что бросили ее одну в комнату и так раскочегарили отопление, что Трейси начала задыхаться. Но когда жара стала невыносимой, копы опустили температуру так, что на стенах выступил иней.
Трейси с трудом вынырнула из морозного марева и открыла глаза.
«Я здесь умру. Вот только где это – «здесь»?»"
"«Безопасный дом». Я в безопасном доме. Словосочетание так поразило своей неуместностью, что Трейси рассмеялась, но смех тут же сменился приступом кашля. Все вышло иначе, чем планировалось. Ей не удалось улизнуть.
