По правде говоря, мне давно не приходилось бывать в настолько старых и уставших квартирах — очень скромное жилище. Но тем не менее опрятное и какое-то душевное, что ли. Позже Лера рассказала мне, что купила эту квартиру, продав целый частный дом в своём родном городке, когда её родители умерли."
"Открыв мне дверь, Лера ахнула. Другой женщине я бы не решился такое подарить, но Лера должна была догадаться и оценить затею. Засушенные подсолнухи в старенькой вазе — это не тоска, не бедность и не символ чего-то умирающего.
Конечно же нет!
— Мой любимый Ван Гог! — выдохнула женщина, и мне показалось, что ещё немного — и она запищит от восторга.
— Доставка из мира бессмертных художников, — подтвердил я, кивнув и старательно сохраняя важный вид.
— Очень похоже! Спасибо… Проходи.
Прямо в коридоре, помимо Леры, меня встречали два шкафа — огромный книжный и другой, поменьше, для одежды. Открыв дверцу второго, чтобы повесить куртку, я увидел, что книги пробрались и в него, прямо на полочку для перчаток с шапками.
Лера засмеялась, когда я поделился этим наблюдением, и почему-то начала оправдываться.
К приёму гостя хозяйка подготовилась основательно. Накрыла стол как на пятерых: запекла курицу с картошкой в духовке, сделала «греческий» салат, «сельдь под шубой», мясную нарезку, фруктовую тарелку, бутерброды с красной рыбой. Ещё на столе стояла бутылка недорогого, но вполне сносного вина.
На самой Лере было бирюзовое платье, не домашнее, но и не вечернее. Выглядело празднично. Самое то для такой встречи.
Запах еды наполнял квартиру уютом и в сочетании со старой мебелью вызывал у меня сильные ассоциации с детством.
У этой квартиры была душа.
.
В итоге получилось очень взрослое свидание. Никаких неожиданных страстей-мордастей. Всё со знанием дела, скажем так. Поясню: встретились, посидели, поели, поболтали. Затем объятия и поцелуи, а потом что? Секс? Конечно же нет. По-взрослому — это когда без бытовых ритуалов даже к близости не перейти.
— Давай ты первый в душ, а я пока диван разложу.
Такая вот взрослая романтика. Но мне понравилось. Всё.
И как Лера, стесняясь меня, выключила свет в коридоре, а потом и в комнате. И как вначале мы просто лежали голые под покровом одеяла, как невинные подснежники под снегом. Потом медленно гладили друг друга, знакомясь с чужим телом. И как Лера забралась на меня сверху и целую вечность медленно двигалась вверх-вниз, вверх-вниз. Это был какой-то гипнотический секс, долгий, монотонный, как будто бы времени не существовало…
А потом Лера легла на спину и, поманив меня к себе, шепнула очень тихо:
— Можешь заканчивать, когда хочешь…
— А ты?
— Мне не надо.
Я издал какой-то невнятный вопросительный звук, но Лера заткнула меня поцелуем.