Автор
В драматическом повествовании "Если ты простишь" Вадим, непредсказуемый и суровый, кажется надежной опорой для Ариши, но сам он готовится к неожиданным переменам. Невольные шаги и сомнения пересекаются в тонкой линии между прошлым и будущим.
В этот момент меня не существовало. О себе надо было забыть. Эта мысль помогала сохранять хотя бы внешнее спокойствие.
Среди фотографий нашлись результаты биопсии с диагнозом…
И свежая выписка из больницы с описанием первой химиотерапии, проведённой всего несколько дней назад.
Места для сомнений совсем не осталось. Всё стало предельно ясным.
Капитошка продолжал прыгать и тявкать. Я взял его нежно за шкирку и закрыл на кухне. Вернувшись к дочке, сказал:
— Ариша, мама и вправду заболела, но не стоит этого так сильно пугаться.
— Но это же рак! Я в фильмах видела…
— Ариша, послушай меня, — я старался говорить максимально уверенно и спокойно. Если дочь знает, как мне дорога её мама, а она знает, то должна почувствовать — раз я спокоен, для этого должна быть причина. — Рак действительно очень серьёзная болезнь. Но, в том числе из-за фильмов, многие думают о нём неверно. Понимаешь, рак бывает разным. Это не одно заболевание, их много. И он бывает на разных стадиях. Если его рано обнаружили, то шанс вылечиться очень большой.
— А у мамы как?
— У мамы начальная стадия, мама умница, что быстро обратилась к врачу. И тот тип рака, который у неё, очень распространённый, и его очень-очень хорошо умеют лечить. Понимаешь?
Дочь продолжала всхлипывать. Зазвонил телефон, и этот звук показался мне оглушительным.
Звонила Лида.
Я приложил палец к губам, показав Арине, что не нужно плакать.
— Алло.
— Вадим, Ариша у тебя? — с тревогой спросила Лида. Сердце сжалось от звука её голоса. — Я отошла по делам буквально на час, возвращаюсь — а её нет!
— Да, не переживай, всё хорошо.
— Ф-фух, а то я так перепугалась, когда вернулась домой.
— Всё хорошо! Выдыхай, Лида.
— Ну ладно. Она тебе точно не помешает?
— Точно, даже не думай об этом.
Мы попрощались. И я внезапно понял, что больше всего на свете хочу сейчас быть рядом с ней. Чтобы Лида ни секунды не думала, что одна будет сражаться со свалившейся на неё болезнью.
Арина явно немного успокоилась.
— Давай я тебе кое-что покажу… Разувайся и иди в кабинет.
Чуть позже Арина застала меня листающим старый фотоальбом за моим рабочим столом.
— Ты, наверное, не помнишь эти фотографии. Я давно их показывал. Или ты их тоже для мамы фотографировала, шпионка?
Я нежно потрепал дочку по волосам, и она невнятно улыбнулась.
