Автор
Весна 2003 года. В маленькой деревне Чечни проходят интервью с подростком из неблагополучной семьи. Его слова о том, как чеченцы вырастают слишком быстро и как бездетность упрощает жизнь, заставляют задуматься. Когда полицейский требует показать свой документ для осмотра, молодой человек отказывается: "Я не боюсь вас". В тот же момент — выстрел. Начало кровавого романа, спрятанного за обрывками реальности и душевной боли....
Едва связист доложил об этом, Артемов обогнал его и сам слушал доклад сержанта. Что сделает Миротворец, «на месте контролирующий ситуацию», представить было несложно. Либо предупредит экипаж «вертушки» автоматным огнем, либо останется инертным. Должен сообразить, разведчик-то он неплохой. Теперь он, как и сам Артемов, может просить шубу с барского плеча. Что-то подсказывало полковнику, что Миротворец в учебном центре долго не задержится. Дело не в воспоминаниях, которые, несомненно, до конца дней будут бередить его душу, а в характере старшего сержанта.
«Ротвейлер на связи»."
"Два местных парня, которые подобрали сержанта Соколова, везли его сейчас в Борскую больницу. Хоть с од ним всё ясно — жить будет, а это главное.
Батерский нажал на спусковой крючок и.
— Там одна фигня есть, — услышал он голос Мельникова. — УСМ одинарного действия. Если патрон в стволе, тебе нужно взвести курок вручную. Без этого ничего не получится. А потом всё пойдет как по маслу. Вот в этой штуке, — Миротворец уже держал «ПСС» в правой руке, — всё гораздо проще.
Он спустил курок, и пуля пробила Батерскому руку. Забрав трофейный пистолет и положив его в карман куртки, Мельников рывком поставил Батерского на ноги.
— Смотри мне в глаза, сука! В глаза смотреть! У тебя есть пять минут, чтобы рассказать мне о твоих связях с «чехами». И здесь, и в Чечне. Чтобы я смог пообщаться с ними. А теперь отвечай быстро: как, когда и через кого ты передал планы бандитам? Я всё знаю. Но хочу услышать от тебя, гнида, имя человека, которого ты растоптал.
Не в состоянии выдержать взгляда Миротворца, Батерский отвел глаза в сторону. Его разбитые губы еле слышно прошептали:
— 9 апреля.
— Кто еще из военных замазан на чеченцах?
— Здесь — старший лейтенант Виктор Касоян и прапорщик Алексей Коняхин. Оба из орского погранотряда. Через них в Самарскую область из Казахстана шел героин. Я был курьером.
— В Чечне?
Майор Глеб Ковальский. Гудермесское отделение УФСБ. Больше никого не знаю. Из гражданских в Самаре — директор «КАМАЗ Волга-Центра» Булат Ибрагимов. И почти все в центре.
— На колени.
