Продолжение приключений в мире Андрея Круза, где город покинут Смертью. Жизнь сменяется жуткой реальностью, а выживание становится борьбой за существование среди остающихся. Неизвестные силы и скрытые угрозы создают напряженную атмосферу.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Это! Моя! Земля!(СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Продолжение приключений в мире Андрея Круза, где город покинут Смертью. Жизнь сменяется жуткой реальностью, а выживание становится борьбой за существование среди остающихся. Неизвестные силы и скрытые угрозы создают напряженную атмосферу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение приключений в мире Андрея Круза, где город покинут Смертью. Жизнь сменяется жуткой реальностью, а выживание становится борьбой за существование среди остающихся. Неизвестные силы и скрытые угрозы создают напряженную атмосферу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Тебе что приказано было? Сначала — в Ашукино, а уже потом — в гости к папе с мамой. А ты?
Это нормально, это Батя шутит. Настрой у него после моего доклада позитивный: противнику накостыляли, у самих потерь нет. Разве что с «языком» не срослось… Но тут уж — как свезет. «Порой ты ешь медведя, а порой — медведь ест тебя», всё верно сказал тот безымянный ковбой в «Большом Лебовском». Не подфартило мне с «языком». Думал — он сильно стойкий, «колол» его настолько жёстко, что аж самого замутило. А он оказался просто тупой. Вот как назло — классический такой дуболом из горного кишлака, будто из плохого анекдота про «лиц без национальности». По-русски толком двух слов связать не может и ни черта не знает. Куда едут, зачем… Ему просто не интересно было, мать его. Чтоб чем-то интересоваться — нужно хоть какие-то мозги иметь, а он, похоже, когда бог мозги раздавал — в очереди за бицепсами застрял. Реально — бычара, без всяких кавычек. Что по габаритам, что по поведению. Куда ведут — туда и топает. Все едут — и он едет, все русистов резать и стрелять собираются — и он собирается… Только и выдавил из него, что после быстрого, как им казалось, усмирения «русских Вань» из Осинников они собирались ехать куда-то еще. «На большую разборку»… Что за разборка, где, с кем? А черт его знает! В тот момент я второй раз за час пожалел, что уехал сторожить рабочих под Мытищи Миша. Он и в вопросах экспресс-допроса гораздо опытнее меня, и по-чеченски лопочет вполне внятно. По крайней мере, он чеченцев понимает, а они — его. Мне вот как-то не дал бог способностей, так, пару десятков фраз из армейского ситуационного разговорника зазубрил когда-то… В общем, почти как у дедов наших: «Хальт!», «Хенде хох!», да «Гитлер — капут!»… У Миши все было куда серьезнее, он на рынке в том же Аргуне или Шали с местными балаболил свободно, не напрягаясь. Он бы выяснил. Хотя — думаю, еще выяснит. Я ж не маньяк и не садист, просто так живого человека, пусть и врага, мне на ремни распускать — ни желания, ни удовольствия. Сейчас из Отряда колонна с оружием и боеприпасами для отцовского ополчения придет — и отправят его в Пересвет. А там, глядишь, к вечеру и Михаил вернется. Кто знает, может и выясним, куда они такой толпой двигали. А может — не выясним. Уж больно пустоголовый кадр нам достался.
Львов выслушал мои соображения и задумчиво хмыкнул.
— Понял, тащ полковник, сделаем. Конец связи.
Едва я нажал кнопку отбоя, как Солоха, подошедший к машине еще в самом начале разговора с командиром и все это время нетерпеливо приплясывавший на месте, состроил до предела оскорбленную физиономию и рванул с места в карьер.
— Так, Борян, я не я буду, но свое мнение выскажу…
— Стоп, Андрей! Даже не начинай! Твое мнение я и так знаю.
