Как только в его руках окажется безграничная власть, он наведет порядок в этой обители самодовольных колдунов, отправив к праотцам в первую очередь их управляющего. Конечно, ход событий изрядно отошел от планируемого: Пустота так и осталась недоступной, надежно упрятанной Ризандилом. Но это ненадолго. Видят Боги, Ренар привык брать то, что ему хочется, даже если для этого придется убить собственных родителей.
Залпом допив ореховый коньяк, принц бросил на стол несколько смятых денежных бумажек и направился к выходу. Солдаты даже не взглянули на подозрительно нахлобучившего капюшон мужчину, разговаривая об очередном нападении, крови и выпотрошенных телах. Бармен, натирающий посуду и одновременно ловящий каждое слово разговорчивых посетителей, сосредоточенно жевал губы, боясь поднять от сверкающего чистотой стакана взгляд.
Выйдя на улицу, Ренар глубоко вдохнул свежий воздух, избавляясь от неприятного послевкусия табачного дыма и алкоголя. Повернув в сторону ближайшего проулка, ускорил шаг, не заметив одинокого прохожего, дохнувшего гнилостным запахом, смешанным с горечью лекарств.
— Куда прешь, бестолочь! — крякнул он скрипучим голосом.
Не обратив на это внимания, Ренар сжал портал Памяти исчезая с мощенной дороги и тут же появляясь позади дворца, в жасминовом саду, что обожала мать и на дух не переносил он сам. Белые и розовые цветы, рискующие распускаться даже в первый снег, а потом медленно умирать от сильного мороза, ассоциировались у него с безграничной глупостью и ненужной жертвенностью. В то время, когда вся природа благоразумно засыпала, этот недалекий кустарник расцветал, посмертно радуя глаз своих хозяев. К слову, сейчас ему не для кого было цвести, его госпожа обосновалась в Тир-Линне и не собиралась сюда возвращаться.
Недолго думая, Ренар пересек сад, останавливаясь у изящной витиеватой калитки и вскинул руки. Пальцы, быстро перебирая нити магии, начертали некромантский знак, тут же вспыхнувший в воздухе черным пламенем. Завершив плетение, принц с силой оттолкнул его. Мощная волна серого тумана прошлась по саду, жалобно шелестящего жасмина, мгновенно обращающегося в изуродованные, обугленные коряги.
— Эй, что ты творишь?! — Сзади послышались торопливые шаги и звон обнажаемого оружия. Неужели, стража его наконец-то заметила? — Подними руки и медленно обернись!
Принц выполнил приказ, но как только его лицо оказалось в пределах видимости, щелкнул пальцами направляя начертанный ранее знак на горе-солдат.
