А утром, она едва успела подумать, что не мешало бы принять освежающую ванну, как оказалась лежащей в ней! Она тогда едва не захлебнулась от неожиданности, сумев выбраться из деревянной тары лишь с третьего раза. Руки дрожали, а ноги подгибались в коленях, скользя по дну. Как тогда на шум не заявился Фабиан — вообще не ясно. Возможно, он еще крепко спал.
С тех пор, она не снимала артефакт, подаренный деканом даже на ночь. Каким-то чудом, невесомое украшение сдерживало ее силу. Алесана понимала это по ощущению напряжения внутри. Сердце постоянно ускоренно билось, а в голове временами стоял неясный шум.
— Леди Волонская, по зелью вы получаете тройку, — вырвал из мыслей голос Мастера, — оно конечно в корне загублено, но хотя бы не может никого убить… Разве что запахом.
До ушей донеслись пара смешков. В голове вновь начало подниматься гудение.
— Позвольте посмотреть ваши доклады? — небесно-голубые глаза с ожиданием вперились в ее лицо. Было жутко стыдно признаваться во второй раз, что она ничего не сделала. В подтверждение этого, щеки загорелись, мгновенно бросив Алесану в жар.
— Простите, — пролепетала она, отводя глаза, — по пути в библиотеку я…
Договорить на ходу сочиняемую легенду не удалось, так как дверь в аудиторию резко распахнулась, являя взору присутствующих Фабиана. От удивления, Алесана вмиг забыла все, что успела выдумать. Вид у брата был более чем ему не свойственный: взъерошенные волосы, перекошенная мантия, расстегнутый ворот рубашки. Но больше всего пугало выражение лица. Оно было растерянным.
— Мастер, я бы хотел отпросить Алесану Волонскую с пары, — напряженным, будто сдавленным невидимой рукой голосом проговорил он.
Лорна быстро кивнула, скорее всего находясь под впечатлением подобной наглости и отошла в сторону, пропуская резко побледневшую Алесану. Напрочь забыв об учебниках, аккуратно сложенных на крае стола и письменных принадлежностях, она под оглушительное молчание торопливо вышла вслед за скрывшимся в дверях Фабом. Душа стремительно сжималась от предчувствия беды.
— Что случилось? — тут же спросила бледного, словно призрак брата. Он пару секунд просто стоял, опустив руки и смотря ей в глаза каким-то потускневшим взглядом. Она шагнула на встречу, дергая его за рукав, — Фабиан! Не молчи!
— Мама… — прошептал он, вяло перехватывая ее руку, холодными пальцами — она… ее больше нет.
Слова оглушили ударом гонга. Она захлопала ресницами, не понимая, почему лицо Фабиана плывет перед глазами.
Алесана словно издалека услышала странный звук, не до конца понимая, что это ее, заглушенный мантией брата крик, перетекающий в рыдание.
— Тише, — ладонь, прижимающая ее голову к груди, дрожала.